Я же совершенно не помню, на чём нас прервал милорд Райтор.
– Кажется, мы говорили о сельском хозяйстве, – вспоминаю я. – Что в этом интересного?
– В самом сельском хозяйстве ничего, но вы обещали рассказать, как красить ткани без магии, – напоминает Мэтью.
– Что-то выпало из памяти, что я обещала поделиться своим секретом, – не возьму в толк я, когда успела наобещать невыполнимого.
Лорд Макинтайр понимающе улыбается.
– Я понимаю, Катриона, что вы опасаетесь посвящать меня в свою тайну, – говорит он. – Я могу поклясться своей магией, что не использую эти знания в корыстных целях. Более того, если ваш метод действительно стоящий, я могу помочь. Вложить часть средств в это дело.
Чёрт побери, какое заманчивое предложение. На свои средства я, естественно, не вытяну весь свой проект по восстановлению земель.
Вот если бы Мэтью стал моим инвестором, то всё сложилось бы превосходно.
Я складываю руки в замок, нервно вышагивая по кабинету. В мыслях хаос. Я не знаю, стоит ли настолько ему доверять. Недаром у нас есть пословица: тише едешь, дальше будешь.
–
Если фамильяр советует довериться, то следует прислушаться.
Задумчиво смотрю на Драконий перевал, его судьба сейчас в моих руках. От неверно принятого решения зависит моя дальнейшая жизнь и жизни людей, за которых я отвечаю.
– Хорошо, – тяжело вздыхая говорю я. – Я вам доверюсь, как будущему партнёру по бизнесу. Сколько процентов прибыли вы хотите получить?
Мэтью задумывается. В его душе происходит борьба чувств. Чтобы узнать, о чём он сейчас думает, я отдала бы многое.
– Обычно я требую себе семьдесят процентов прибыли, но ради вас готов согласиться пятьдесят на пятьдесят. Мои деньги – ваши знания.
Если честно, то именно такого предложения я и ожидала. Я готова была согласиться на разделение шестьдесят на сорок. Но Мэтью слишком щедр и это меня настораживает, в отличие от Друида. Я не исключаю, что травмирующий опыт первого замужества откладывает свой отпечаток.
Как говорила моя бабушка: первого мужа даёт бог, второго выбираешь сама, а третьего подсовывает дьявол. Я не совсем согласна с ней, но радует, что второго позволено выбрать самой. С первым меня наказали изрядно.
– Хорошо, я согласна на ваше предложение, – наконец-то выдаю я. – я читала о некоторых технологиях по окраске шерсти. Всё только натуральное и никакой магии.
У Мэтью вспыхивают любопытством глаза. Я сама такая же – жадная на знания, и это тоже нас объединяет. Если отбросить в сторону мою предвзятость, то у нас с лордом Макинтайром много общего. Прав Друид, мы с ним достойная пара. Я забываю о том, что Мэтью ждёт разъяснений, засмотревшись на его мужественное лицо.
Больше всего в мужчинах я ценю ум и чувство юмора, и того и другого у него предостаточно. И самая лучшая рекомендация, что Макинтайра для меня выбрал Друид. Фамильяр не пожелает хозяйке дурного. Может, пора сменить гнев на милость и позволить Мэтью поухаживать за собой?
Я подумаю об этом завтра, а сегодня мы с ним теоретически красим шерсть.
– Для окраски берём растения, которые растут в округе. Я точно не знаю, какие произрастают в окрестностях замка. Как пример скажу, что вереск, манжетка, бессмертник, череда, золотарник, листья берёзы, корни ириса, кора дикой яблони и орешника дают жёлтые и коричневые цвета. Очень стойкие оттенки пряжи и тканей давала кора, ягоды и листья ольховидной крушины. Ещё шафран, но эта пряность слишком дорогая для окрашивания.
– Я соберу всех лекарей и ткачих, чтобы они рассказали, какие растения и где растут, – безоговорочно верит мне Мэтью. – В какие ещё цвета ты могла бы покрасить ткани?
– Смотри, красный и оранжевый цвета можно получить, окрасив шерсть корнями зверобоя или наземной частью лебеды. Другие ткани покрасить в эти цвета можно, добавив в чистотел и чёрную ольху квасцы. Синий, голубой и зелёный цвета получают из разных частей растений. Пряжу и ткани из шерсти чаще красятся горечавкой или цветками василька, другие основы и волокна – корой ясеня. Можно покрасить ягодами черники, лен в этом случае приобретал голубой, а шерсть – синий оттенки. Чёрный цвет получают из корней и ягод воронка, таволги, блестящего зюзника, болотной крапивы и других растений.
Мэтью смотрит на меня с уважением, и мне приятен этот взгляд больше, чем желание в глазах милорда Райтора. Это значит, что лорд Макинтайр признал меня равной себе по уму и изобретательности.
Чтобы закрепить произведённый эффект, я рассказываю всё, что знаю дальше:
