…секундочку! А если именно этого и хочет отец Сильвикола? Прибрать их всех к рукам? Если он на то и рассчитывает, что она, Александра, беспомощная женщина, обратится к отцу и таким образом заманит последних свободных членов семьи в засаду? Лошадь заржала и потрясла гривой, как если бы лихорадочные мысли Александры снова передались ей. Она стала нервно бить копытами. Александра натянула поводья, и взволнованный конь стал гарцевать на месте и вращаться вокруг своей оси. Сердце Александры бешено колотилось, мысли спутались.
Он сказал, что ему нужна библия дьявола. Все остальное не имеет значения.
Но одним из его союзников был Себастьян Вилфинг. То, что бывший жених Агнесс достаточно ненавидел ее и членов ее семьи, чтобы причинить им горе, было очевидно. То, что он почти обезумел от ревности и чистой ненависти к Киприану и убил бы его собственноручно, если бы только мог, было ясно. Александре не пришлось долго думать, чтобы сложить два и два и решить, что Себастьян наверняка был замешан в охоте на ведьм в Вюрцбурге; она ни на мгновение не усомнилась в том, что это соответствует его натуре. Они потеряли Себастьяна из виду – и из памяти. Ужасная ошибка…
…и тем более жестокой, вероятно, окажется его месть, если Александра действительно впутает в это дело своего отца. Соглашение Себастьяна с иезуитом, возможно, имело целью то, что она изначально предположила: его помощь и его лжесвидетельство освободят его от ответственности во время слушаний дела об уничтожении ведьм. Она могла пойти в своих рассуждениях еще дальше и сделать вывод, что именно ему, Себастьяну, нужна голова Киприана Хлесля. И тогда получится, что единственная дочь Киприана сама доставит любимого отца в руки убийце!
А Андрей фон Лангенфель, ее дядя? Если попробовать поговорить только с ним… Но Андрей не станет обманывать Киприана, и уж тем более, когда речь идет о библии дьявола.
Значит, это бремя нести ей одной. А у нее даже нет времени на то, чтобы разработать ловкий план. Времени хватало лишь на то, чтобы добраться до Праги, проникнуть в замок, выкрасть книгу (но как она сможет перевезти это огромное чудовище без посторонней помощи? И как она вообще сумеет приблизиться к ней?!) и вернуться в Вюрцбург. И при этом все, абсолютно все должно пройти без сучка без задоринки. Она сглотнула. Ей уже сейчас не хватало воздуха. Но постепенно более спокойный голос проник в ее уши поверх криков паники – голос, который произнес: «Тогда лучше бы тебе подумать над этим, вместо того чтобы терять голову. Тебе это под силу».
Она могла выполнить приказ и спасти свою семью. Какая насмешка! Хлесли, которые всегда так боялись библии дьявола, в результате окажутся обязаны ей жизнью!
Спокойный голос снова дал о себе знать: «Ты, кажется, что-то забыла?»
Не что-то, а кого-то. Вацлав! Она уставилась в одну точку. Вацлав… ведь именно он тогда, вместе с Адамом Августином, не дал осуществиться плану Себастьяна! Но его она может впутывать в это дело ничуть не больше, чем своего отца, потому что месть Себастьяна направится и на него тоже. Не говоря уже о том, что существует и еще одна, совсем другая, причина не вмешивать Вацлава в данную проблему.
Потому что он, строго говоря, вовсе не член семьи, а подкидыш?
Нет, так она его никогда не воспринимала. Дело было совсем в другом.
Ей точно так же тяжело было бы осознавать, что она стала причиной его гибели, как если бы в ловушку угодил ее отец, Киприан.
Спокойный голос хотел еще что-то сказать, но она задушила его, мысленно крикнув: «Нет!»
Лошадь встала на дыбы, и Александра с ужасом заметила, что резко натянула поводья. Тем не менее животное было слишком истощено, чтобы долго гарцевать на задних ногах, и всадница вновь обрела контроль над ним. Сердце ее колотилось, она задыхалась. Спокойный голос воспользовался ситуацией и сказал: «Потому что он – отец твоего единственного ребенка, и ты никогда не сможешь отрицать этого. Потому что его имя ты шептала на ухо незнакомцу, пребывая на вершине наслаждения…»
– Нет! – крикнула она. –
«…потому что ты любишь его».
Она в отчаянии покачала головой, но это была правда, и кому это знать, как не ей?
