От жалости к этим печальным созданиям мне захотелось погладить оленя, провести ладонью по его морде. Но олень совсем не лошадь и моих намерений не понял. Он тут же мотнул головой, даже попытался отбежать и потянул за собой широкие сани. А тут и другие олени в той же упряжке заволновались и хотели было бежать, куда их потянет пугливый сородич. Да, натворила я дел. Хорошо, что рядом оказался расторопный парень без шапки и со скинутым капюшоном. Одним быстрым и верным движением он схватил вожжи, потянул их на себя и прикрикнул на оленей, после чего они остановились и замерли на месте.
– Прости, – пришлось повиниться мне перед парнем. – Я просто хотела его погладить, а он убежал.
– Ну, так зайди с другой стороны и погладь, – весело ответил он, не отпуская вожжи.
Вот это шанс! Как же им не воспользоваться? Пугливый олень больше не мог от меня убежать, и это хорошо – мне ведь нужно доказать ему свои добрые намерения.
Я подошла ближе к парню и прикоснулась к оленю. Всё ещё грустные глаза, пар из ноздрей, тревожное дыхание, но уже больше смирения. Пока я неспешно водила ладонью по оленьей морде, парень спросил:
– Небось, никогда не видела таких сильных и жирных оленей. Тут у вас они еле живые, голодные.
Если честно, до сегодняшнего дня я вообще не встречалась с оленями, разве что в зоосаде. Но не разубеждать же собеседника, что его олени самые лучшие на этом острове. Я лишь кивнула и невольно посмотрела на парня. Какие же у него светлые волосы, я таких ещё ни у кого не видела. А на солнце они даже немного золотятся.
Я невольно засмотрелась на парня, а он тоже разглядывал меня с нескрываемым интересом.
– Почему ты из чума вышла? – внезапно спросил он.
– Да так, – замялась я. – Попросили к соседям сходить.
– А кто попросил?
– Нуатувий.
Парень лучезарно улыбнулся. Не знаю, с чего вдруг имя больного и разорившегося кочевника вызвало у него радость, да и не стала я этого выяснять, ведь в следующий миг парень спросил:
– Как тебя зовут?
– Шела.
– Какое странное у тебя имя. А я Микальган.
– Очень приятно.
– Приятно? – снова улыбнулся он. – Чудная ты, странно так говоришь.
Ну да, странно. Я, наверное, на его взгляд, ещё и странно выгляжу.
– Нравятся тебе мои олени? – с чего-то вдруг спросил Микальган.
– Да, – ответила я. – Очень красивые.
– И сильные, – добавил он. – Хочешь проверить?
– А как?
– Садись в нарту, я тебя и прокачу.
Ух ты, прокатиться на оленьей упряжке! Это очень даже заманчивое предложение. Надо обязательно испытать этот вид транспорта. Может быть, потом я смогу уговорить Микальгана довезти нас с Эспином до Ясноморья.
Я с радость плюхнулась в застеленные шкурой сани, свесила ноги по правую сторону и упёрлась ступнями в полозья. Микальган уселся впереди, схватил правой рукой вожжи, левой поднял со снега длинный прут с костяным наконечником. Стоило ему коснуться наконечником бока крайнего правого оленя, и упряжка вмиг пришла в движение.
Хорошо, что я смогла ухватиться одной рукой за низкую спинку саней, иначе бы не удержалась и упала на снег. Микальган энергично покрикивал на своих оленей, и те бежали всё быстрее и быстрее. Временами он постукивал костяным навершием прута о бок то правого оленя, и тот разворачивал упряжку влево, то крайнего левого оленя, чтобы направить упряжку вправо.
С невероятной скоростью мы неслись по низинам и сугробам. Впереди маячили упитанные оленьи ляжки и по-заячьи короткие хвостики. Сани то и дело кидало из стороны в сторону. Из страха упасть, я вцепилась в Микальгана, обхватив его руками вокруг пояса.
Вскоре олени стали бежать тише, а после и вовсе остановились.
– Испугалась? – спросил меня Микальган.
– Очень быстрые у тебя олени, – едва переведя дух, ответила я.
– Самые быстрые, – с нескрываемой гордостью заключил он.
Я не сразу сообразила, что продолжаю обнимать парня, хотя угроза выпасть из саней уже давно миновала. Но стоило мне убрать руки, как Микальган развернулся, подсел ко мне и сказал:
– Ну что, дальше поедем?
– Ты прав, пора возвращаться.
– Зачем возвращаться? Едем вперёд, к моему чумовищу. Матушка моя очень хочет на тебя посмотреть. И младшие сёстры тоже.
– На меня? – засомневалась я. – С чего бы вдруг? Мы же не знакомы.
– Вот и познакомитесь. А потом, если хочешь, вернёмся к твоему отцу, чтобы свадебный ритуал по всем правилам провести, приданое твоё ко мне перевезти. А пока давай съездим до моего чумовища, тут совсем недалеко осталось.
Я слушала его и ничего не понимала. Вернёмся к моему отцу? Но у меня нет отца. Проведём свадебный ритуал и заберём приданое? А я-то тут причём?
– Ты что? Ты… – и только теперь до меня дошло, – ты перепутал меня.
И тут мне стало несказанно страшно. Я одна в тундре рядом с малознакомым парнем, который с чего-то вдруг решил, что я его невеста. И настроен на женитьбу он очень решительно.
