И опять она так глупо вляпалась, оказавшись совсем одна за сотни километров от дома и от охотников! Но не успела она начать рвать на себе волосы, как в воздухе запахло серой и, словно ниоткуда, перед ней возник Кроули собственной персоной.
И хотя он был элегантен как всегда, Эмбер уже было не обмануть этим внешним лоском, потому что она ясно видела его истинный отвратительный облик.
- Ты что, хочешь предложить ему меня, вместо себя? – едва сдерживая истерику, воскликнула Эмбер, к которой при появлении старого знакомого вернулось самообладание. Она сама не знала почему, но чувствовала, что демон не сделает с ней ничего плохого.
- Ну что ты. У нас такие штучки не прокатывают, - мягким голосом проговорил Кроули. – Кто в саночках катается, тот их потом и возит. Парнишка лишь пытается оказать мне услугу и тем самым заслужить отсрочку.
- Отсрочку?! – воскликнул изумленный Стивен. – Но разве вы не говорили, что мой долг будет прощен?
- Целая душа за такую маленькую услугу? – презрительно взглянул на него демон. – Да не смеши меня!
- И всё-таки вы, может, просветите меня, почему я стою здесь в наручниках? - поднимая закованные руки, вмешалась Эмбер, уже догадавшаяся, что сердце у нее вырезать, скорее всего, никто не собирается, и вновь воспрявшая духом.
- Прости, у меня не было иного выхода. Твоя прародительница чертовски упряма, а мне очень надо с ней поговорить. Так что ты, похоже, мой единственный способ выйти с ней на связь, - пожал плечами Кроули без малейшего выражения сожаления на лице.
- Не понимаю, какое я ко всему этому имею отношение! – взвизгнула Эмбер, которой уже надоело выступать разменной монетой в спорах со старыми знакомыми Маргарет.
- Ты – моё последнее средство. Её единственное слабое место. И мне жаль, что пришлось надеть на тебя эти браслеты, но это единственный способ держать в узде кого-то вроде тебя, лапуля, - ответил ей Кроули и, повернувшись к Стивену, добавил:
- А теперь отведи ее куда-нибудь отсюда, пока у нас тут ненароком не заметили девицу в наручниках. А тебе, Эмбер, если хочешь быстрее выбраться, надо всего лишь погромче звать свою прародительницу. Как только она появится, тебя сразу отпустят на все четыре стороны.
В ответ на это Эмбер лишь фыркнула и позволила Стивену увести себя в подсобку, решив, что ни за что не станет заманивать Маргарет в эту ловушку, а попробует сама освободиться от наручников и показать им, что такое по-настоящему сердитая ведьма.
К тому же в этот момент она вспомнила о висящем на шее ключе от всех замков и о разрушающем железо порошке, который всё ещё лежал в ее сумке, висящей через плечо.
Обрадовавшись при мысли о собственной предусмотрительности, Эмбер сначала попробовала воспользоваться ключом, прочитав заклинание. Однако чертовы наручники блокировали также магическую силу ключа. Тогда, извернувшись, она достала из сумки порошок и, едва не вывернув руку, всё же умудрилась высыпать его на наручники, отчего они пошли трещинами и лопнули в двух местах, после чего Эмбер без труда освободила руки.
Когда Эмбер поднесла наручники к глазам, то вспомнила, что совсем недавно читала о них в книге, посвященной охоте на ведьм. Именно этим гнусным изобретением пользовалась святая инквизиция в средние века, чтобы обезопасить себя от чар колдуний, которые сами становились беззащитными, после чего над ними можно было измываться без опасности для жизни истязателей.
Заскрежетав от гнева зубами, Эмбер прочла заклинание ярости и физически ощутила, как переполняющий ее гнев трансформируется в чистую энергию, которая так и рвалась наружу. Именно ее она использовала, чтобы открыть дверь подсобки, а потом, выйдя из нее, одним взмахом руки отшвырнула изумленного Стивена к стене, отчего он стукнулся о нее затылком и упал оглушенный.
Впрочем, Эмбер не питала к нему ни капли жалости. Поэтому, подойдя к прилавку, она взяла с него шкатулку с веткой неопалимой купины, которую Стивен еще не успел спрятать, и со словами «Тебе она всё равно не поможет» засунула ее в сумку, заодно прихватив с полки связку перьев белой вороны, ради которых сюда приехала.
Перед тем, как выйти на улицу, Эмбер слегка замешкалась. Всему виной был Кроули, стоявший перед магазином спиной ко входу. И уж если он решит помешать ей уйти, то ей не поможет никакая магия. Хуже всего, что ее «додж» стоял там же перед входом, так что, пока она не научилась летать на метле, ей все равно надо было до него добраться.
Впрочем, в голове у Эмбер уже созрел план, как ошарашить демона перекрестка. Поэтому, еще до того, как он успел открыть рот, увидев ее на свободе, она бросила ему в лицо сломанные наручники со словами:
- Лови! Это такие ты надел на Маргарет, когда сдал ее инквизиции? А может, это вообще те же самые? Решил с их помощью вывести весь наш род? Не в них ли она горела на костре, пока ты стоял рядом и наслаждался этим зрелищем, Фергус?
Демон ничего не ответил, но она увидела, как побледнело его лицо при этих словах и поняла, что ударила по больному месту. Однако она не собиралась на этом останавливаться.
