Телефон зазвонил, едва Роджер переступил порог своей квартиры. Начальство жаждет отчета, зло подумал он, глядя на высветившийся номер. И не дождется. Только не сегодня. И никаких встреч со штатным психологом!
Приказ явиться в Массачусетское отделение был настолько неожиданным, что на несколько секунд даже отвлек его от мыслей о сегодняшнем вечере. Что у них там еще стряслось? Принцип минимального информирования сотрудников оставлял широкий простор для предположений. Желание послать всех туда, где им самое место, казалось таким сильным, что искушению просто невозможно было сопротивляться.
Но следующая усталая мысль поставила крест на этой затее. Новое назначение он получить не успел, значит, вызов как-то связан с предыдущим делом. Со всем тем, что закончилось три… три с половиной часа назад. Эйвен. Ну конечно. Если после событий последних дней тот малость тронулся и натворил чего-то со своей вновь обретенной силой, то ответственность будет не только на нем… Стоило за ним присмотреть… Хотя бы для того, чтобы все это имело подобие смысла.
Чертыхнувшись, Роджер вновь застегнул куртку и телепортировался.
Коллега, встретивший его у дверей отделения, был слегка выбит из колеи. Что у них тут, катастрофа районного масштаба? Да запросто. Эти Броуди непредсказуемы все до единого.
– Вы не введете меня в курс дела? – устало спросил Темплтон, пока они преодолевали один бесконечный коридор за другим.
– Нам нужна ваша помощь как консультанта, – отозвался коллега. – Сюда, пожалуйста.
– Консультанта в чем?
– Вы ведь курировали дело Броуди последние три года?
Начинается, с тоской подумал Роджер, это как зыбучие пески – засасывает с головой. Бесконечное послесловие после развязки драмы…
– Имел такое счастье, – согласился он.
– Честно говоря, мы в тупике…
Через очередную защищенную всеми мыслимыми заклинаниями дверь они вошли в просторную комнату без окон, народу в столь поздний час было столько, что Роджер понял: не просто ЧП, а сверхсерьезное ЧП… На лицах коллег был написан живейший интерес. Это что ж такое Эйвен мог учудить? Помимо воли, он начал проникаться любопытством.
А вот коллегу приобщение к столь печально известному делу отнюдь не радовало. Слишком много в нем было подводных камней. И в придачу ко всему еще и Мортон… Любой неверный шаг – и карьера под откос.
– Мы вызвали нескольких теоретиков, но, думаю, вы справитесь лучше. Тем более что, насколько я понимаю, кроме предположений, исследователи все равно ничего сообщить не могут…
– Я уже и так заинтригован. И с чем же придется справляться?
У Роджера были веские основания подозревать, что миссию просвещения Эйвена относительно магии в общем и персонального положения семейства Броуди в частности начальство привычно спихнет на него, но не сразу же после повторной инициации! Даже Мортон не опустился бы до такого садизма.
– Броуди – ваша епархия. Вы знаете всю историю, вы с ними общались… Никто лучше вас им об этом не расскажет.
Им? Что, Саманта тоже здесь? Роджер мрачно подумал, что уж кому-кому, а ей полную версию семейной истории слышать не стоит. В ближайшие лет десять, как минимум. Хоть кому-то нужно дать побыть обычным ребенком.
– Этот парень в самом деле профессор, – заявил коллега с мученическим выражением лица. – Стратегия допроса, наверное, на студентах отработана…
– Профе…? – начал было Роджер с удивлением и осекся. До того, как с подачи старшего брата стать боевым артефактом, Феб Брэнелл Патрик Броуди, сбежав в шестнадцать лет из дома, успел сделать карьеру на поприще, никогда магами не поощрявшемся – в области науки. Причем выбор учебного заведения был соответствующим – мало что так раздражало магическую общественность, как попытки прочей части человечества приобщиться к неведомому путем его систематического изучения.
Роджер закусил губу, глядя на коллегу в молчаливом, напряженном ожидании – поверить сейчас в чудо было бы слишком большой уступкой самому себе.
– Наслышан я об этих двоих, – продолжал тот с каким-то мрачным восхищением, – но не думал… Как вы с ними справлялись? Это же шаровая молния! В двух экземплярах.
Роджер помолчал. Вдохнул. Выдохнул. На губах неожиданно обнаружился коньячный привкус, и в голове прояснилось.
– Они… здесь?
– Здесь, – удивленно подтвердил коллега. – А куда мне их девать? Был срочный вызов, по зеленому коду… Редчайший антиквариат, кстати. Бешеных денег стоит на черном рынке… Стоил бы.
– Некоторые из высших предпочитают страховать членов семьи от возможных неприятностей, – машинально отозвался Роджер.
…Вот только эти двое никогда бы не воспользовались подобной страховкой. Магическому сообществу они не доверяли в принципе. И, кстати, «стратегию допроса» Феб, каким его знал Роджер, отрабатывал на самих магах, пытаясь вырваться из поставленной братом ловушки. Собственный жизненный опыт после пятнадцати был для него наглухо закрыт. Что за ересь? Не может же человек так измениться за три часа?
– Будь я проклят, если этот доктор наук не вытянул из меня политико-экономико-культурного обзора!.. Как он меня еще штаны не попросил снять, чтобы «молнию» изучить…
