– Привет, – протянул мне руку Мартин. – Значит, дело у нас такое. Парнишку зовут Лиором, студент второго курса социологического факультета. Задушен так же, как и в наших предыдущих случаях, капроновым шнуром, накинутым сзади. Время убийства – приблизительно девять-десять часов вечера. Обнаружили сегодня на рассвете уборщики, которые пришли подметать амфитеатр перед дневной репетицией открытия театрального фестиваля.
– А что это за девушка? – Я указал пальцем на молоденькую девчонку в очень коротких шортах, плачущую около машины скорой помощи, въехавшей с бокового входа прямо на арену амфитеатра.
– Это его подружка, которой Лиор назначил здесь вчера свидание. Говорит, что должна была прийти сюда в девять вечера, но по какой-то причине не смогла, поэтому полдесятого стала ему звонить на сотовый телефон, чтобы объясниться, но Лиор не отвечал. Она подумала, что парень обиделся, поэтому не хочет разговаривать с ней, и тоже на него обиделась. А Лиор к тому времени был уже мёртв.
– Понятно. – Я стал подниматься по ступенькам и поглядывать по сторонам. Вдруг обнаружится что-то такое, что ускользнуло от моих коллег при первом осмотре.
Но всё вокруг было чисто, лишь в двух шагах от тела, уже накрытого простынёй, лежал студенческий рюкзак, из которого выглядывал уголок ноутбука. Видимо, между убийцей и Лиором завязалась борьба, и рюкзак отлетел в сторону. Но ноутбук убийца не забрал. Значит, это был не грабёж.
– Наверное, тебе ехать сюда не имело смысла, – вздохнул Мартин, закуривая сигарету, – всё мы тут уже осмотрели. Труп сейчас отправят в морг, а девица поедет с нами в управление…
Пока капитан Дрор не вызвал нас на очередное совещание, мы расположились у себя в отделе и стали обсуждать ситуацию. Винтерман благополучно куда-то испарился, потому что страшно не любил участвовать в подобных спорах, иногда доходящих чуть ли не до перебранки. К тому же, выдаваемые им идеи, как правило, сразу подвергались публичному осмеянию, и хоть нам, рядовым сотрудникам отдела, полагалось соблюдать хотя бы видимость субординации, это у нас не очень-то получалось. С нашими выводами Феликс соглашался почти сразу и на докладах у начальства всегда выдавал их за собственные откровения. Это он умел мастерски. Правда, и наши не такие уж редкие проколы мужественно прикрывал собственной грудью, и за это мы ему многое прощали.
– Вероятно, наш Винтик всё-таки в чём-то иногда бывает прав, – начала разговор красавица Ронит, – больно уж эти убийства попахивают серией. Все трое задушены одинаково, и странгуляционные борозды на шеях жертв оставлены одним и тем же капроновым шнуром. Вам это ни о чём не говорит?
– Ну, это пока только наши наблюдения и предположения, – вздохнул Мартин, – вот когда эксперты выдадут своё окончательное заключение, тогда и решим…
Алекса с нами не было, он в соседней комнате допрашивал девицу Лиора. Хотя надежд на какие-то открытия, по всеобщему мнению, было мало.
– А ты что молчишь? – Мартин поглядел на меня и криво ухмыльнулся. – Уже и сказать нечего?
– Всё-таки нам нужно, прежде всего, искать мотивы преступления, – выдал я первую пришедшую на ум банальность. – Даже если убийства эфиопов и убийство студента никак между собой не связаны, всё равно должны существовать какие-то причины у преступников. Решиться на такие тяжкие преступления ни с того ни с сего нормальный человек не сможет.
– А если он ненормальный? – вздохнула Ронит. – Насмотрелся по телевизору всяких ужастиков и вообразил себя сверхчеловеком, которому всё позволено. Вот вчера показывали такую зверскую чушь, что я полночи заснуть не могла…
– Перестань! – перебил её Мартин. – Не хватало нам ещё дурацкие фильмы здесь обсуждать! – И сразу же мне: – Мотивы, говоришь? Надо проверить студента: может, он входил в какую-нибудь молодёжную банду, и это их внутренние разборки. Наркотики, проститутки, всякие сатанисты и мистические секты…
– Или хакеры, – подсказала Ронит. – Сейчас им удаётся красть через интернет большие деньги. Может, не поделили добычу…
– А если убийца всё же один и тот же человек? – предположил я. – Почерк убийства везде почти одинаков. Какие у него могли бы быть мотивы? Пофантазируем?
– Что между убитыми общего? – задумался Мартин. – Школьники-эфиопы, которые вряд ли в обозримом будущем планировали учиться в университете, и студент-ботаник, который явно из другого социального слоя.
– Может, бессмыслица – и есть главный мотив? – опять подсказала киноманка Ронит. – Безумец, возомнивший себя сверхчеловеком, поставил цель посеять ужас среди окружающих, вот и выкашивает вокруг себя всех без разбора…
– Ну, это уже из области фантастики! – отмахнулся Мартин. – Ты только начальству такое не говори, а то будут потом на тебя пальцем показывать, мол, свихнулась девушка на тех же киношных ужасах, от которых сама по полночи не спит.
– Логично предположить, что преступник обитает где-то поблизости от микрорайона, где убиты эфиопы, и от университетского комплекса, – предположил я. – Вряд ли ему для совершения убийства потребовалось далеко отъезжать от собственного дома.
