— А вот так, — в тон ему ответила Шапошникова. — Не ведала я, что он золотой, да и дорогой в придачу. Думала, безделушка медная, житель какой давно потерял. Вот и не берегла.
Глаза Алексея недобро блеснули.
— А если мы, красавица, хатенку твою обыщем? — спросил он.
Ирина махнула рукой:
— А ищите. Что найдете — все ваше.
— Мы искать-то умеем, — следователь сжал тонкие губы. — И тебе это известно. Срок не боишься схлопотать, если что найдем? Что тогда с ребенком будет?
— Добрые люди везде живут, — усмехнулась Шапошникова. — Только вот что я тебе скажу, товарищ следователь, — она неожиданно перешла на «ты». — Посадишь меня — большой грех на душу возьмешь. На мне-то греха нет.
— А ты меня не пугай, — разозлился капитан и позвал конвойного: — Ее уведи, давай следующего.
Следующим оказался парнишка лет двадцати двух, с хитрыми бегающими глазами, долго и упорно убеждавший следователей, что найденные им в реке две монетки потерял во время боя. Его слова почти повторяли слова медсестры.
— Ну, не знал я, что золото это. Тем более из чемодана.
Уставший капитан услал его и, выпив воды, пригласил оставшихся партизан.
Двое мужичков лет пятидесяти вообще не признались, что находили какие-либо сокровища в реке. Промучившись с ними минут двадцать, капитан сдался:
— Ладно, увести. — Снова наполнив стакан из почти опустевшего графина, он повернулся к Воронцову: — Что думаешь по этому поводу?
— Думаю, лгут, что не знали про груз в чемодане. — Воронцов постучал ручкой по облупленной деревянной поверхности стола. — А зная, могли выкрасть и разграбить. В одном они правы: если каждый взял по парочке вещичек, нам их не найти.
— Ничего себе, парочка вещичек, — усмехнулся Алексей Павлович. — Чемодан весил знаешь сколько? Восемьдесят килограммов. И вещичек было семьсот девятнадцать штук. Партизан в отряде насчитывали пятьдесят человек. Сколько, получается, каждый утащил? — Он вздохнул. — Нет, не выходит. — Мужчина вытащил из папки исписанные листки предыдущих расследований. — Я, кажется, знаю, что делать дальше. Мы не допросили еще одного человека — Марию Годлевскую, казначея отряда. Наши узнали, что она живет в Армавире. А еще узнали, что она покинула отряд задолго до окончания боевых действий. Один станичник, к которому она забежала передохнуть, видел у нее в холщовой сумке небольшой ящичек. Судя по тому, что она несла его с трудом, там могли находиться сокровища, не все, конечно, но значительная часть.
— Но как они оказались у нее? — Сергей приподнял светлые брови.
