– Все, как я сказала Джеффрисену – мы находимся под покровительством маркгрефта.
– Да, ваше величество.
Они вошли в Вексрозен, и музыка тут же стихла, а все головы повернулись в их сторону.
– Приветствуйте ее величество королеву Мюриель, – громко сказал Эрадал.
К великому изумлению Нейла, помещение наполнилось радостными криками, и посетители таверны принялись размахивать кружками, приветствуя королеву.
Эрадал похлопал Нейла по плечу и наклонился к его уху.
– В конце концов, они ведь не знают, кто победит в войне, – заявил он.
– Конечно, не знают, – ответил Нейл, нахмурившись, потому что в их сторону покатилась какая-то волна движения, а пространство на танцплощадке расчистилось.
И на это свободное пространство вышел мужчина с коротко остриженными рыжими волосами и остроконечной бородкой. Он был в черной тунике, украшенной изображением льва и трех роз, с мечом в руке и шлеме.
У Нейла волосы встали дыбом, потому что он знал этого мужчину.
Тот вздернул подбородок и обратился к Мюриель:
– Ваше величество, я сэр Аларик Вишилм из Готферы и ваш рыцарь, и у меня имеется незаконченное дело.
Энни обнаружила Казио в курятнике монастыря, где он подпрыгивал и делал выпады на утрамбованной земле. Куры, сбившиеся в кучу в дальнем конце двора, громко протестовали, но старались держаться подальше.
Он заметил ее не сразу, и Энни подождала немного, наблюдая за его изящными движениями. Если бы она не знала, скольких он убил благодаря быстрой и уверенной работе ног, она бы подумала, что он репетирует какой-то танец.
Она вспомнила, как увидела этот танец в первый раз, когда на нее напали двое вооруженных рыцарей в доспехах. Против столь могучих воинов у Казио не было ни одного шанса, однако он встал между нею и ими и с тех пор продолжал ее защищать.
Впрочем, не только ее, не так ли? Ведь там была еще и Остра.
Золотой цвет утреннего солнца вдруг померк и приобрел цвет меди.
«Он любовник Остры, но он мой слуга», – подумала она.
– Казио, – позвала она.
Он замер в середине движения, повернулся к ней и отсалютовал рапирой.
– Ваше величество, – приветствовал он ее.
На мгновение она задохнулась и почувствовала себя довольно глупо. А перед ее мысленным взором снова возникла ее попытка его соблазнить.
Она откашлялась:
– Мне сказали, что потребуется три дня, чтобы пройти по священному пути Мамреса, а мне, как тебе известно, нужно срочно возвращаться в Эслен.
Казио кивнул, на его лице появилось странное выражение, но он ничего не сказал. Энни почувствовала скрытый протест в его позе. Он должен понимать, что она имеет в виду. Неужели ему нужно все разжевывать? Очевидно, да.
– Ты должен ступить на священный путь сегодня, – сказала она. – В течение часа.
Казио убрал меч в ножны.
– Сожалею, но я не хочу, – ответил он.
В его голосе не было ни капли сожаления.
– В каком смысле? – спросила она.
– Вы сказали, что я могу пройти по нему, если захочу, – пояснил он. – Я не хочу.
Наконец, как ей показалось, она поняла, что с ним происходит.
– Ты сердишься?
Он помолчал, затем посмотрел ей в глаза.
– Я оскорблен, – ответил он. – Моя рапира хоть раз вас подвела? Был хоть один раз, когда я не смог победить ваших врагов при помощи своего мастерства и силы?
– Вчера ты потерпел бы поражение, если бы я тебе не помогла.
«Ты потерпишь поражение, когда он придет. Ты умрешь; я видела тебя мертвым».
Но она не могла сказать ему этого.
Казио отчаянно покраснел.
– Возможно, – не стал спорить он, а затем добавил: – Может быть, но я дессратор, ваше величество. Я не убийца и не обычный телохранитель, я – мастер. Вы дали бы певцу другой голос? А художнику – глаза?
– Если бы благодаря этому они начали создавать лучшие произведения – да.
– Но это уже были бы не их произведения, разве нет?
– Казио, с твоим мастерством и благословением святого Мамреса ты станешь неуязвимым.
– Я уже побеждал неуязвимых рыцарей. Их физические способности сделали их дураками.
– Но ты же не дурак.
– Я думаю, что, если у меня появится эта сила, я могу им стать.
– Казио…
– Ваше величество, какой бы дар ни сулил мне священный путь, я не хочу его, он мне не нужен.
– Но он нужен мне, Казио. Для тебя. Извини, если я уязвила твою гордость. Ты, вне всякого сомнения, величайший фехтовальщик, какого я когда-либо знала. Но я хочу, чтобы ты стал еще могущественнее. Как еще ты сможешь защищать меня от будущих опасностей? Как сумеешь сам остаться в живых?
– Так же, как и всегда. С помощью моего клинка и моего ума.
– Этого сейчас недостаточно, – мягко проговорила она.
– Если вам нужен другой телохранитель…
С самого начала их разговора что-то тяжелое и неприятное наполняло все ее существо, мешая дышать. Энни потрясла его неспособность услышать ее доводы. Неожиданно она вздрогнула и почувствовала на щеках слезы.
– Казио, – с трудом выговорила она. – Не будь таким эгоистом. Ты мне нужен. С даром и благословением Мамреса. Неужели так плохо получить силу святого? Что в этом дурного?
Он сделал шаг к ней.
– Не плачьте.
