Разумеется, в то время ее история еще не была написана. Дальнейшая судьба Корнелии Вандербильт тогда еще не была известна. Но в тот день по ее лицу я поняла, что она оставила свою прежнюю жизнь. Она протянула мне фату, и при обычных обстоятельствах я отказалась бы ее взять, тем более что это очень дорогая вещь. Но в тот момент для меня это был знак, которого я ждала. К тому же я чувствовала, что этой женщине необходимо избавиться от своего сокровища. Фата, отданная мне, была внешним, материальным символом тех метафорических вещей, которые она должна была оставить в прошлом, чтобы двигаться вперед. Почему я скрывала эту тайну, не могу сказать; но это было одно из самых сокровенных событий в моей жизни, и я чувствовала, что она переложила на мои плечи некое бремя, доверила тайну, нечто очень личное, о чем нельзя было рассказывать никому, даже тебе, любовь моя. Такие задачи – порой не самые приятные, но абсолютно необходимые – тоже приходиться выполнять в жизни. Порой мы должны освободить другую женщину от ее бремени, даже если невозможно вообразить, что у нее вообще могут быть какие-то трудности.
Для меня это стало уроком. На всю оставшуюся жизнь. Мы много думаем о том, что еще нам нужно, что мы будем делать дальше, что мы можем заполучить для полного счастья, что озарит светом темные стороны нашего существования. Но со временем я поняла, что идти по верному пути нам помогает не то, что мы имеем и боимся утратить. А то, что мы оставляем в прошлом.
Тебе, любовь моя, теперь придется оставить в прошлом меня. Я знаю, что трудно расставаться с теми, кого любишь. Но я должна спросить: что ждет тебя после того, как меня не станет? Зная тебя, я уверена: тебя ждет яркая красивая жизнь, светлое славное будущее.
Мы всегда говорили, что фата связывает нас друг с другом, с женщинами нашего рода. Но, девочка моя, думается мне, что, возможно, наша взаимосвязь подразумевает нечто гораздо большее, значительное. Нас связывают не только кровные узы, но и история, совместно прожитые годы, сплетенные в гобелен из тончайшей ткани. Мы с тобой вместе много пережили. С Корнелией Вандербильт я встретилась лишь раз в жизни и теперь рассказываю тебе об этом лишь потому, что, для меня на закате моего бытия правда начинает приобретать особую ценность. Культурное наследие Вандербильтов значит очень много для нашей страны, и, зная это, я порой думаю, что, возможно, мне следует вернуть нашу фату. Но я также знаю, какое место это фата занимает в наследии нашей семьи, и не могу на это решиться.
