Настоящее сокровище Вандербильтов полностью

Я готова встретить тебя в Эшвилле в любой день, какой ты укажешь. Твой приезд станет передышкой, которая так необходима нам обеим. Разумеется, живи в моем доме столько, сколько пожелаешь. Сейчас он все равно пустует. Так что дом в твоем полном распоряжении. Жизнь коротка, милая моя. И нужно с благодарностью принимать все, что она предлагает. Слушайся своего сердца. Оно может привести тебя в замечательные края.

С любовью,

бабушка».

Но теперь, упаковав в дорогу вещи, я подумала о том, что, возможно, решила уехать на время не из-за выходки моих дочерей. Возможно, причина в том, что сердце мое было неспокойно, его раздирали сомнения.

Я повесила на плечо вместительную дамскую сумку и, перекинув через руку портплед, отметила про себя, что йога, которой я стала заниматься совсем недавно, с суставами просто творит чудеса. Здесь в ходу была мантра: пользуйся или потеряешь. С помощью чудодейственных программ этого пансионата я поняла, что даже в моем возрасте могу вновь обрести то, что считала навсегда утраченным – гибкость, скорость, подвижность.

Я открыла входную дверь и вздрогнула, увидев сидящего на крыльце Майлза. И у меня сам собой возник вопрос: а что еще я могу обрести вновь? Майлз поднялся и робко приблизился ко мне, словно к коню, которого старался не спугнуть.

Я поморщилась, вспоминая его лицо в тот вечер. Сейчас оно имело то же выражение: в нем читалась обида. Я понимала: нам с ним есть что обсудить. Но пока не была готова принять решение. Пока.

– Привет, – поздоровалась я, постаравшись придать голосу радостный тон.

Майлз снова уселся и похлопал ладонью по соседнему стулу.

– Барбара, – с улыбкой произнес он.

Чувствовалось, что нам обоим неловко, что нам нужно многое друг другу сказать, о многом друг друга спросить. Мы же были неразлучны, а потом, я, безо всяких объяснений, отдалилась.

– Прости, – проронила я.

Он стиснул мою руку.

– За что?

– За то, что резко ушла в сторону. Мне нужно время подумать. – Но я так и не пришла ни к каким определенным выводам. Все это время я только скучала по Майлзу. Он в ответ улыбнулся, и сердце мое затрепетало. Бывает, что человек входит в твою жизнь, и ты знаешь, что он навсегда останется в твоем сердце. Почему? Логически объяснить это невозможно. Для меня таким человеком был Майлз. Он жил в моем сердце все эти годы. И вот он передо мной, во плоти.

– Можно спросить?

– Что угодно, – от всего сердца ответила я.

– Барбара, почему ты выбрала не меня? – Голос его полнился волнением. – Тогда, много лет назад? Я же знаю, ты этого хотела. Я помню твой взгляд в тот вечер, когда я пришел просить, чтобы ты выбрала меня, а не Рейда. Почему я не смог тебя переубедить?

Детали можно было не рассказывать. Я прекрасно всё помнила.

Это случилось за неделю до окончания университета. За неделю до моей свадьбы. За неделю до того, как у меня началась настоящая жизнь. Майлз написал мне письмо, одно из нескольких писем, которые я получила от него после того, как сообщила ему о своей помолвке. В нем он просил встрече в студгородке, назначил время и место. Я хотела не идти. Знала, что это было бы неправильно. Но не могла отделаться от мысли, что это будет наша последняя встреча, больше я его никогда не увижу.

Помнится, поправляя юбку, я недоумевала, почему Майлз выбрал для встречи именно мраморную скамейку под вековым тополем Дэйви[36] – любимым деревом студентов университета.

Словно подгоняемый ветерком, гулявшим по кампусу Университета Северной Каролины, Майлз шел по зеленому газону к той скамейке. Согласно поверью, те влюбленные, что поцелуются, сидя на ней, будут вместе всю жизнь. Наверное, это было заблуждение. Но я тем не менее находилась во власти чар той легенды. Когда Майлз подошел, я не удержалась и обняла его; помню, он был в накрахмаленной рубашке.

– Барбара, – только и произнес он. И тогда я поняла, что он нервничает. Тогда же осознала, что сама тоже нервничаю. У меня участилось дыхание.

Мы опустились на скамейку. Майлз хотел взять меня за руки, но я их отвела – спокойно, не резко. Он покачал головой.

– Барбара, я просто хочу, чтоб ты знала… – Голос его сорвался, и он начал снова – заговорил возбужденно, что вообще-то было ему не свойственно. – Ты уверена, что хочешь выйти за него? Абсолютно уверена? Просто я не могу отделаться от мысли, что…

Я знала, какая мысль не давала ему покоя.

– Майлз, я всегда планировала выйти замуж за Рейда. И сейчас привожу в исполнение этот свой план.