Между тем капризная фортуна императора Фридриха III сменила гнев на милость, и, вероятно, это отчасти побудило короля Матьяша смягчить отношение к своему политическому узнику, который внушал ужас, даже сидя в застенке. В декабре 1462 г. на выручку осажденному в собственном дворце императору Священной Римской империи пришел его союзник, король Богемии Йиржи из Подебрад, тесть короля Матьяша и предводитель чешских гуситов: он вторгся со своим войском в Австрию и жестоко подавил венский мятеж, чем вызволил Фридриха из крайне унизительного положения. К тому времени Матьяш отказался от своих претензий на принадлежавшие Фридриху наследственные владения Габсбургов, но тем сильнее укрепился в решимости заполучить наконец корону Иштвана I Святого[45] — еще раньше по соглашению в Граце император обещал отдать ее Матьяшу, однако исполнить обещание не торопился. И священная корона, единственное, что могло придать законность власти венгерского короля, по-прежнему хранилась в надежном тайнике императорского замка в Винер-Нойштадте — на случай, если Фридриху вдруг придет охота самому стать королем Венгрии. Но на сей раз, понукаемый из Рима папой и под влиянием соблазна получить 80 тысяч золотых крон, обещанных ему королем Матьяшем за корону, Фридрих, известный своей непредсказуемой натурой, согласился исполнить уговор. В июне 1463 г. он торжественно передал усыпанную драгоценными камнями корону Иштвана Святого представительной делегации из трех тысяч разодетых в пух и прах рыцарей из знатнейших венгерских родов. В следующем году король Матьяш был официально коронован в старинном соборе в Эстергоме со всеми положенными традицией церемониями и пышностью. Это была первая со времен Ладисласа V Постума официальная коронация, и, конечно, венгерская столица широко отмечала событие многонедельными торжествами и увеселениями. Наконец-то сын великого Яноша Хуньяди получил полное право называть себя законным государем своей страны. На торжествах присутствовал некто, чье присутствие не могло ускользнуть от любопытствующего внимания блестящей венгерской знати, — невысокий мужчина в шапке с высоким страусовым пером, с яркими миндалевидными глазами и застывшей на лице печатью суровости. Король Матьяш официально пригласил Дракулу на все торжественные церемонии по случаю своей коронации и даже выделил ему почетное место среди самой родовитой венгерской знати. Определенно, то были добрые предвестия для валашского воеводы.
Триумфальную коронацию Матьяша Корвина омрачила трагическая кончина папы Пия II в том же 1464 г., опечалившая Дракулу, как и всех, кто еще истинно верил в крестоносные идеалы. Понимая, что конец его близок, папа Пий позволил себе откровенно признаться в том, что глубоко разочарован политикой христианских государств. Наибольшее разочарование ему доставил король Матьяш, прикарманивший свыше 40 000 дукатов из средств, которые выделили на цели Крестового похода Папская курия и Венецианская республика, причем ходили слухи, что часть этих денег пошла в уплату за возвращение короны Иштвана Святого.
Соломонова башня, часть летнего дворцового комплекса в Вишеграде, где король Матьяш I Венгерский держал под строгой охраной особо важных узников. Вероятно, для Дракулы местом заточения был избран главный дворец летней королевской резиденции, ныне большей частью разрушенный. Фото соавторов
