Так что оба портрета Влада Дракулы, злодея и героя, такие разные и по-своему беспримерные, в равной степени заслуживают упоминания и признания и в этом смысле оба реальны. Тем не менее эти два лица Дракулы осложнили и без того непростую проблему, которая встает тяжелым препятствием на пути историка, желающего доискаться исторической правды. Но кто, как не историк, обязан попытаться увязать и примирить разнообразные лики Дракулы, которые во множестве нарисовали его современники и летописцы?
Вынуждены честно признать, что источники для составления подробной биографии Дракулы прискорбно малочисленны. Материалов для обстоятельных биографий ряда его видных современников, в том числе французского короля Карла VII, миланского герцога Лодовико Сфорца, императора Фридриха III и даже Матьяша Корвина, предостаточно. Однако в Восточной Европе и России дела с документированием исторических событий складывались далеко не лучшим образом из-за массированного уничтожения исторических записей и отсутствия придворных историографов. Мы очень мало знаем о личной жизни Влада, об отношениях в его семье, о его невенчанных женах и законной супруге, как и о внутренней жизни его двора. И тем сложнее задача историка. Чтобы компенсировать скудность исторических первоисточников, мы вынужденно обращались к докладам иностранных дипломатов, к личным рассказам, к фольклору, портретному анализу, нумизматике, к археологическим и генеалогическим изысканиям.
Конечно, привлекательнее всего в этом плане были исторические анекдоты (байки) современников о Дракуле, давшие нам значительную порцию материалов, на которых мы составили портрет исторического Влада. Вопреки предложениям некоторых, их нельзя сбрасывать со счетов как чистые выдумки по целому ряду причин: они прочно основаны на свидетельствах очевидцев, чьи личности идентифицируемы; они выдают детальное знание географической местности, где происходит действие, а также местные названия и особенности; они точны в части указания имен и дат. Иными словами, анекдоты о Дракуле обладают всеми атрибутами фактологического документа, хотя и зачастую склонны к искажениям. Следует подчеркнуть также, что каждый повествователь приводит подробности только того сюжета, с которым ближе всего знаком: так, Бехайм сосредоточивает свое повествование на злодеяниях Дракулы в Трансильвании, поскольку этот край хорошо знаком его информанту брату Якобу. Русский посол Курицын рассказывает о днях Дракулы в венгерском изгнании и о его семье, членов которой знал лично. В отличие от них, турецкие хронисты, как и византийские историки, все внимание уделяют военному походу Дракулы, о котором знали по личному опыту или были наслышаны.
