— Ох, дочка, — покрутила головой Екатерина Сергеевна и тоже, поморщившись, выпила рюмку. — За тебя, за твое решение… Переживаю я, но ты меня не слушай. Делай, как задумала. Сбережения у нас есть, мы на первое время тебе подбросим. Чтобы не за МКАДом жить, а где поприличнее.
— Я отдам. Я там обязательно закреплюсь, — твердо сказала Сима. — А потом сама буду вам помогать.
Конечно, она боялась. Но решила, что если она не сделает того, что задумала, то будет жалеть об этом всю оставшуюся жизнь. Она смотрела фильмы — и старые советские, и современные — о таких же, как она сама, «переселенцах» и видела кадры собственного «кино». Вот она стоит с двумя чемоданами — старым, потертым, советских еще времен и новеньким, на колесиках. Наверное, они символизируют ее старую и новую жизни. И вот стоит она, не зная, куда идти, а ее обтекает нескончаемый поток людей… И валенки в отдельном пакете, которые она пытается стыдливо спрятать за спину.
Нет, конечно, на самом деле все было не так. Валенок никаких не было. Правда, отчим собственноручно купил ей новенький чемодан на колесиках на следующий же день после похода в ресторан — все, как в ее видениях. Но перед тем как куда-либо ехать, Сима тщательно проштудировала в интернете объявления о сдаче квартир внаем. Отчим пускал ее за свой компьютер — ведь ей, разумеется, не отдали тот, что был в мужнином доме. Биться за него она не стала, хоть компьютеров у них и было два и еще ноутбук. Солить они их, что ли, будут? Но уж с чистого листа так с чистого, с нуля так с нуля…
Цены на отдельные квартиры были — не подступиться. Сима умерила амбиции и стала присматриваться к объявлениям о комнатах, причем расположенных подальше от центра.
— Главное, смотри, чтобы метро было недалеко, — советовал бывавший в Москве Виктор Семенович. — На метро в Москве куда хочешь можно доехать. Быстро и удобно, только что народу очень много.
Мысль, что можно не тратить слишком много времени на дорогу, Симе понравилась. Она еще не забыла, как ее мама когда-то добиралась до работы — на велосипеде или пешком. Где будет ее собственная работа, Сима пока тоже не представляла, да и не могла представить — судя по карте, Москва была такой огромной…
Объявлений о сдаче комнат было немало, в некоторых и цена казалась довольно привлекательной, но каждый раз не складывалось — то по указанному телефону никто не отвечал, то говорили, что комната уже сдана, то выяснялось, что остальные комнаты снимают целые бригады гастарбайтеров из Средней Азии. Дошло до того, что Сима уже стала относиться к изучению объявлений как к работе — проверяла их по нескольку раз в день, отслеживая появление новых.
Наконец, субботним утром она обнаружила новое объявление о сдаче комнаты в районе Выхино-Жулебино, на улице Ферганской. Все выглядело очень притягательно — цена сносная, комната изолированная, без посредников, договор с собственником, в соседях — две молодые женщины. И аж две станции метро практически в шаговой доступности — «Выхино» и «Рязанский проспект». До метро всего от восьми до пятнадцати минут пешком — это вам не до деревни Прислон на автобусную остановку!
Сима немедленно позвонила, покуда жилье не перехватили, волнуясь, выслушала, что ее звонок не первый, слезно умолила подождать ее до завтра и обещала заплатить за три месяца сразу помимо обеспечения на случай форс-мажора. Единовременно выложить такую сумму было для Симы огромной финансовой брешью, но отступать было некуда. Жечь мосты так жечь. Первое время можно жить и впроголодь.
— Мам, я насчет комнаты договорилась! — одновременно со страхом и жаром выпалила Сима. — Я это им ляпнула и сама опешила. Надо ведь завтра ехать уже. Мам, что делать?!
— Надо так надо, — спокойно сказал Виктор Семенович. — И поедешь. А что у тебя глаза как у побитой собачонки? «Мам-мам».
— Растерялась она, сказано же, — повторила Екатерина Сергеевна. — Что непонятного.
— Ну, она растерялась, а мы найдем, зря мы тебя, что ли, в ресторане в день развода пропивали, — крякнул отчим. — Шучу. А Москва, она ждать не любит. Поедешь не завтра, а уже сегодня. С машиной я договорюсь, наша не потянет. Докинут до Твери, а там на вечерней электричке в столицу. Переночуешь у родственницы моей, я сейчас ей позвоню. На «Савеловской» они живут. Правда, от метро там топать прилично…
— Да, точно, у тебя же там дочь двоюродного брата, — вспомнила Екатерина Сергеевна.
Они виделись редко, супруги не хотели обременять московскую родню. А поскольку те были за это, похоже, благодарны, отношения у них были хорошими…
— Погоди, пожалуйста, Виктор Семеныч, не звони, — попросила Сима. Как-то так сложилось давно, что Сима стала называть отчима по имени-отчеству, но на ты. Это было и уважительно, и по-родственному.
— Годю, — согласился тот. — А чего?
— Да щас, соображу…
А Сима еще раз залезла в интернет. Да уж! «Савеловская»! «Ее» «Выхино» совсем в другой стороне… Может, рискнуть прямо по адресу? А почему нет-то? Поздновато, конечно, но попробовать стоит.
