Внизу пошло хлюпает. Я возбуждена до предела. По венам ток бежит вместо крови. Двигаю бедрами навстречу его пальцу. Еще, еще, еще. Вот так, да. Теперь все правильно, в нужном темпе, с нужной силой.
Мне перестает хватать воздуха, я задыхаюсь, и мою душу будто выталкивает из тела гигантским цунами. Ноги трясутся, я не контролирую это движение, по всему телу будто судороги бегут, одновременно с которыми приходят легкость и освобождение. А еще накатывает слабость. Я падаю на грудь Демьяна. Он поглаживает мою спину свободной рукой, пока второй медленно кружит вокруг клитора, продолжая эйфорию.
– Спасибо, – шепчу ему в шею и облизываю немного солоноватую кожу языком.
Я все еще полулежу на нем. Дема нежно водит руками по спине и волосам, будто намеренно баюкает. Мое тело ватное, я не нахожу в себе сил даже подняться. Сейчас это кажется невозможным. Хочется вот так вот лежать, миловаться и болтать обо всякой ерунде, забив на фильм, суть которого мы давным-давно упустили.
– Как ты? – спрашивает так же тихо. Мы словно боимся нарушить волшебство момента, поэтому шепчем.
– Потрясающе, – говорю, затаив дыхание. И правда лучше не сказать. Мне настолько понравилось, что я в шоке! Веду указательным пальцем по его груди, толстовка мешает, я бы сняла ее с превеликим удовольствием.
Демьян шипит от боли, и я подскакиваю. Вот дурочка! Разлеглась на нем, а там синяки и ссадины. Похоть совсем мозги отключила. Дема дергает меня обратно на себя, не давая встать, мы снова вспыхиваем, готовые к борьбе.
– Извини, я забылась. – Киваю на его грудь. Теперь вообще боюсь его трогать.
– Все в порядке. Немного больно, но пройдет.
Большие горячие ладони снова скользят по моим бедрам, напоминая, какое безумие творилось еще пару минут назад. Я млела от его пальцев и почти скакала на них! А теперь не знаю, куда себя деть. Между ног все еще упирается стояк, но Дема не говорит и слова на этот счет.
Кусаю губы, давая себе несколько секунд на размышление. Да или нет? Всегда да. Сделать и пожалеть, чем жалеть, что не сделал – мантра моей жизни.
Снова накрываю рукой его член, сжимая чуть сильнее, чем делала до этого. Во второй раз появляется уверенность. Я уже знаю, что делаю, и хорошо помню реакцию.
– Что ты задумала, Алиса? – цедит сквозь зубы, пока взгляд мечет молнии.
– Продолжить.
Демьян смеется. Он берет мою ладонь в свою и целует пальцы.
– Хватит с тебя на сегодня, амазонка.
– Нет. – Летит мне в спину, когда я поднимаюсь за толстовкой.
Алиса распласталась на диване, растрепанная и счастливая. И непробиваемо уверенная.
– Что?
– С меня не хватит. – Она облизывает губы и приподнимается на локтях. Смотрит с вызовом. Откуда только в ней взялось столько развязности и похоти?
Дышу часто. Грудная клетка ходуном ходит, а каждый вдох становится только больнее. Надо было все же смотаться в частную клинику, чтобы исключить трещины в ребрах. И как ее в таком состоянии девственности лишать? Да уж. Алиса сама пришла, а я теперь бегаю как неудачник.
– Лис…
– Дема, я хочу тебя.
От того, как она это произносит, член твердеет вмиг. Я тоже ее хочу, адски сильно, но не уверен, что сегодня смогу сдержаться. Я не в том состоянии, чтобы заботиться о ком-то еще. И уж точно не подхожу на роль дефлоратора для романтичных особ вроде Алиски. Это она только кажется своей в доску, а на самом деле настоящая девочка, которую радуют все эти милые мимимишности.
– Ты играешь с огнем.
– И, видимо, проигрываю.
– Нет, ты охереть с каким отрывом выигрываешь. – Тру глаза. Шиплю от боли, задевая синяк, и мысленно ругаюсь. Я ее даже поцеловать нормально не могу, куда там трахаться.
– Тогда в чем дело?
– Во мне, блин! Я же говорю, что сегодня не в том состоянии. – Психую. Взмахиваю руками и морщусь от боли. Я не привык быть в чем-то ограниченным, поэтому уже третий день страдаю из-за своих резких порывов. – Вот!
– Когда ты запихивал в меня свои пальцы, тебя ничего не смущало. – Алиса закатывает глаза.
Шантажистка хренова.
– Я буду грубым.
– Ты никогда не бываешь со мной грубым.
– Тебе придется двигаться.
– Я готова. В конце концов, я же сама хотела учиться. Вот, будет практическое занятие.
– Я не отпущу, если передумаешь.
– На то и расчет. Боже, Демьян, хватит ломаться! Я устала тебя кадрить! – смеется Вайцеховская.
Подхожу к книжному шкафу, достаю Драйзера, открываю и беру презерватив. Странное место для заначки, но эту книгу вообще никто и никогда не трогает, вот и прижилось.
– Добро пожаловать в мир парней. И это я еще быстро согласился.
– Пипец.
Падаю обратно на диван, стягиваю штаны, оставаясь в одних боксерах. Смотрю на Алису. Она расслаблена на максимум. Улыбается мне, ведет ножкой по моему бедру.
– Иди сюда, – наконец сдаюсь.
Вайцеховская забирается на мои ноги, седлает, и я с восхищением ее рассматриваю. Она вся складная и нереально красивая. Спортивное подтянутое тело, тонкая талия, которую я бесстыдно сжимаю руками, маленькая аккуратная грудь.
И все это сейчас мое.
