Руслан сел напротив меня. Положил ключи на стол, откинулся назад, уставился на меня выжидающе. Я взяла папку меню, уставилась на разноцветные картинки, которые норовили смазаться в одно пятно. Он на меня смотрел, и это нервировало, выводило из себя.
— Вот это, — сказала я и показала на первую попавшуюся картинку.
Руслан кивнул, поозирался в поисках официанта. Не нашёл такового и сам пошёл к бару, в глубине которого томился единственный живой человек в зале, помимо нас. Через несколько томительных минут, которые я провела, разглядывая свои ногти, он вернулся с подносом. На нем — пузатый бокал для него и высокий с трубочкой для меня.
— Как в старые добрые нищенские времена, — улыбнулась я и потянулась к своему бокалу. — Хотя учитывая все обстоятельства, мне нужно снова учиться постигать аскетизм.
Я заткнулась, видя, что моя ностальгия по шальному и пьяному студенчеству его не интересует. Пошевелила трубочкой кубики льда в бокале, принюхалась. Пахло съедобно. Сладко. Решилась и сделала первый глоток. Жидкость была прохладной, чуть сладковатой, свежей и едва отдавала алкоголем. Обманчивое 'едва'. Я помню, насколько коварны такие напитки. Прислушалась к своим ощущениям, сделала ещё глоток. И вот тогда холодный и безобидный сладенький коктейль загорелся, огнём по венам пробежался, отогревая озябшее тело.
— Прекрасное начало, — я откинулась на спинку стула и посмотрела на Руслана.
Он все молчал, смотрел на меня. Это выводило из себя, мне хотелось оправдываться, как-то ему доказать, что я вовсе не такая пустышка, которой он меня считает. И одновременно бесилась, понимая, что при нем я именно так себя и веду. Глупо, эгоистично, безответственно. А быть может, я пытаюсь обелить себя в своих же глазах, а на самом-то деле просто дура. Именно такая, какой он меня и считает. Я запуталась, приуныла и решила, что самое верное, что я могу сейчас сделать, это выпить ещё. И выпила.
И вновь поймала на себе его взгляд. Иногда мне казалось, что они мне мерещились, что я просто сошла с ума. Ещё тогда, двадцать лет назад, когда мы впервые встретились. Ибо не может человек ненавидеть с таким упоением и одновременно разглядывать исподтишка. Сейчас он смотрел на мой рот. Я была уверена в этом настолько, насколько вообще в чем-то могла быть уверена. То есть процентов на десять. Ха-ха. Я уткнулась взглядом в свой бокал, стараясь не поднимать глаз, не выдать своего интереса, даже веки прикрыла, коснулась языком трубочки так, чтобы это длилось лишь мгновение одно и не выглядело спланированной акцией.
Затем втянула в себя терпкую жидкость, чувствуя, как она катится по горлу, и гадая, от его ли взглядов горит кожа или от алкоголя? Меня даже затрясло, хотелось бежать к бармену, наброситься на него, заставить ответить мне на вопрос — смотрел ли на меня этот смуглый красавец, сидящий напротив, смотрел, или я окончательно заработала паранойю?
Но, разумеется, я ничего такого не сделала. Допила свой бокал, отодвинула его в сторону, вскинула взгляд на Руслана. Почти смелый взгляд, чуть пьяный. Руслан сидел и откровенно скучал. Алкоголя в его бокале стало меньше лишь на треть.
— С тобой очень весело пить, — сказала я.
Он равнодушно пожал плечами. Я покосилась на свой бокал, в нем медленно таяли остатки льда. Боже, какой же тяжёлый человек.
— А у меня муж приехал, — ляпнула я. Мне показалось, что Руслан посмотрел с интересом, и я поспешила добавить: — Бывший.
— Поздравляю, — его голос звучал едва слышно, бармен решил оживить наши посиделки и включил музыку. Но блин, даже в одном этом слове уверенность, которой я так завидовала.
— Ты рад за меня?
— Ещё больше буду рад, если твой муж заберёт тебя обратно.
Я хотела было обидеться, но потом вспомнила, что это же Руслан, а уж на пакости от него у меня давно должен быть иммунитет. И не стала. Снова с тоской посмотрела на свой бокал. Нелепая ситуация просила продолжения банкета, но меня останавливало отсутствие официанта. Надо вставать и идти к бару, но Руслана просить не хотелось, а самой как-то неловко.
— Ты сопьешься, — констатировал факт Руслан. — В один прекрасный день ты точно сопьешься.
Встал и пошёл к бару. И принёс сразу два бокала. Видимо, чтобы не ходить потом ещё раз. Если бы могла, я бы покраснела, но, как назло, не получалось. Несмотря на неловкость, на идиотизм сложившейся ситуации, на то, что Руслан снова посмотрел на часы, мне все равно не хотелось его отпускать. Хотелось сидеть здесь и удерживать его на стуле напротив вечность. И изображать, что мы вовсе не ненавидим друг друга, а просто встретились после долгой разлуки и решили отметить это дело в такой вот паршивой забегаловке.
— Ты уже напилась?
— Потерпи ещё немножко, милый, — проворковала я и пригубила ещё.
