Есть также проблема кажущегося противоречия, которая была однажды названа «пустая тарелка, полная котлет». Суть проблемы заключается в том, что никто и никогда не смог обнаружить пространство в чистом виде. Действительно, даже воображаемая экспедиция по нахождению участка пространства без содержания материи сразу зашла бы в тупик, ибо сам наблюдатель является источником гравитации и электромагнитного излучения, как минимум, инфракрасного диапазона, и любой наблюдаемый им участок будет наполнен исходящими от него полями. Таким образом, я утверждаю, что существует некое совершенно самостоятельное, отдельное от материи пространство, хотя я никогда не видел ничего подобного, зато всюду видел материю в большем или меньшем количестве. Этой ситуации однажды было дано образное сравнение: предположим, мы видим каждый день тарелку с котлетами. Котлет в ней бывает больше, бывает меньше, они бывают с соусом или без него, бывают горячие или холодные, иногда они располагаются в левой части тарелки, иногда в правой, но так сложилось, что мы никогда не видим пустую тарелку. У нас полностью отсутствует опыт наблюдения пустой тарелки. Означает ли это, что тарелка не существует и не может существовать как отдельный предмет? Означает ли это, что тарелка есть лишь неотъемлемое продолжение бытия котлет, которое появляется только вместе с котлетами и обязательно исчезнет в их отсутствие? Правильный ответ — нет. Перемещая котлеты внутри тарелки, мы можем изучить последовательно все участки её поверхности и сложить точное представление о её форме и свойствах. Кроме того, наборы предметов в наблюдаемой нами тарелке могут встречаться любые, а не только котлеты и гарнир, и свойства тарелки при этом не изменяются. Отсюда можно заключить, что не существует неразрывной связи между котлетами и тарелкой. Все собранные данные выглядят полностью так, будто мы имеем дело с разными предметами, совмещёнными в соответствии с неким проектом. И хотя это лишь отдалённая аналогия пространству и материи, тем не менее, из этого рассуждения видно, что отсутствие опыта наблюдения некого объекта в чистом виде не обязательно означает, что он не существует. Кроме того, при рассуждениях об этом следует обязательно учитывать, что вообще, когда мы изучаем предметы, они никогда не бывают представленными в чистом виде. Например, металлический предмет не может состоять только из одних лишь атомов железа или серебра — никакими техническими ухищрениями мы пока не умеем получать настолько идеальные предметы. Также нужно учитывать, что металлический предмет не может иметь во всех своих частях идеальную кристаллическую структуру — она содержит множество микротрещин. Можно принять такую позицию, что молекулы газов, попадающие в эти трещины, являются неотъемлемой частью металла, что они являются обязательным составляющим элементом для проявления свойств металла и что металлический предмет не может существовать без молекул газа. Однако научное сообщество не нашло подтверждения таким предположениям — при максимальном исключении сторонних микроскопических включений в условиях эксперимента, подавляющее большинство предметов неизменно сохраняют свои свойства и уж тем более не прекращают своё бытие. Отсюда следует заключение, что, несмотря на смешанность разных сущностей в действительном и, как следствие, реальном мире, предметы проявляют присущие им свойства не благодаря сторонним микроскопическим включениям, а вопреки им, в соответствии с собственным устройством. Этот способ мышления о предметах показал себя эффективным на практике, поэтому аналогично следует воспринимать и участок реального мира с минимальным присутствием в нём вещества и излучения, то есть видеть в этом проявление некой инородной, нематериальной сущности, которая лишь дополнена малым количеством материи. Возвращаясь к образному сравнению, это означало бы, что мы видим тарелку уже совсем без котлет и только с небольшими следами соуса. Я предлагаю не оспаривать бытие тарелки как отдельного предмета с присущим ей постоянным набором свойств из-за следов соуса на её дне.
