Но движение определенного отношения причинности привело теперь к тому, что причина не только угасает в действии, а тем самым угасает и действие – как это было в формальной причинности, – но что причина в своем угасании, в действии, вновь возникает и что действие исчезает в причине, но точно так же вновь возникает в ней. Каждое из этих определений снимает себя в своем полагании и полагает себя в своем снятии; это не внешний переход причинности от одного субстрата к другому; это их иностановление есть вместе с тем их собственное полагание. Следовательно, причинность предполагает самое себя или обусловливает себя. Поэтому тождество, бывшее прежде лишь в себе сущим тождеством, субстратом, теперь определено как предположение или положено в противоположность действующей причинности, и рефлексия, бывшая прежде лишь внешней для тождественного, теперь находится в отношении к нему.
с) Действие и противодействиеПричинность есть предполагающее действование. Причина обусловлена; она отрицательное соотношение с собой как предположенное, как внешнее иное, которое, однако, в себе есть сама причинность лишь в себе. Это иное есть, как оказалось, то субстанциальное тождество, в которое переходит формальная причинность, определившая себя теперь в противоположность этому субстанциальному тождеству как его отрицательное. Иначе говоря, оно то же самое, чтó субстанция отношения причинности, но как субстанция, которой противостоит мощь акцидентальности как то, чтó само есть субстанциальная деятельность. – Это пассивная субстанция. – Пассивно то, чтó непосредственно, или в себе сущее, которое не есть также для себя, – чистое бытие или сущность, которая имеется лишь в этой определенности абстрактного тождества с собой. – Пассивной субстанции противостоит отрицательно соотносящаяся с собой, деятельная субстанция. Она причина, поскольку она в определенной причинности восстановила себя из действия посредством отрицания самой себя; [нечто такое], чтó в своем инобытии или как непосредственное действует по существу своему как полагающее и опосредствует себя с собой своим отрицанием. Поэтому причинность уже не имеет здесь никакого субстрата, которому она была бы присуща, и есть не определение формы по отношению к этому тождеству, а сама она есть субстанция, иначе говоря, первоначальное – это только причинность. – Субстрат – это пассивная субстанция, которая пред-положила себя.
Итак, эта причина действует, ибо она отрицательная власть над самой собой; в то же время она свое же предположенное; как такая она действует на себя как на нечто иное, как на пассивную субстанцию. – Тем самым причина, во-первых, снимает инобытие этой субстанции и в ней возвращается в себя; во-вторых, она определяет ее, полагает это снятие своего инобытия или возвращение в себя как определенность. Эта положенность, поскольку она также ее возвращение в себя, есть прежде всего ее действие. Но и наоборот, так как причина как пред-полагающая определяет самое себя как свое иное, то она полагает действие в другой, в пассивной субстанции. – Иначе говоря, так как пассивная субстанция сама двояка, а именно самостоятельное иное и в то же время нечто пред-положенное и в себе уже тождественное с действующей причиной, то и само действование этой причины есть нечто двоякое; оно и то и другое вместе (in Einem): снятие ее определенности (Bestimmtseins) – т. е. ее условия, или снятие самостоятельности пассивной субстанции – и снятие действующей причиной своего тождества с пассивной субстанцией, так что действующая причина пред-полагает себя, иначе говоря, полагает себя как иное. – Благодаря последнему моменту пассивная субстанция сохраняется; в отношении этого указанное первое снятие субстанции являет себя в то же время и так, что в ней снимаются лишь некоторые определения и что тождество ее с действующей причиной осуществляется в ней внешним образом через действие.
