Взгляд короля был убийственно-красноречив:
— Полагаешь, я могу ошибиться в таком? К тому же, проверка займёт время, которого у нас нет. У него нет.
Будучи прекрасно осведомлённым о всех аспектах существующей между этими необыкновенными мужчинами Связи, капитан не стал больше задавать лишних вопросов, понимая, что в каком бы состоянии ни находился сейчас Шерлок, пребывание возле Джона, несомненно, является для него наиболее действенным способом выжить. Да и слова государя о собственной скоропостижной кончине никак нельзя было принимать просто за фигуру речи — никто не мог бы с уверенностью сказать, какие именно последствия будет иметь для Хозяина гибель его Идеального Преданного.
— Хорошо, сир, — Лестрейд говорил со всей положенной учтивостью, при этом пожимая руку молодого монарха с самым дружеским участием. — Я возьму с собой Кэлума Несбитта — он отличный боец и проворный малый — и кого-то из местных, кто хорошо знает окрестности. Мы отыщем Его Высочество.
— Я иду с вами, — казалось, решительность вернула Ватсону силы, утраченные было из-за обрушившейся на его избранника беды. — Наша с Шерлоком Связь подскажет, где его искать.
Сокрушённо вздохнув на, в общем-то, вполне предсказуемое желание монарха, командир стражи тут же категорически ему воспротивился:
— Прошу прощения, сир, но сейчас Вы не можете покинуть форт ни при каких условиях.
— Вот как? — Шотландец воззрился на капитана со смесью возмущения и любопытства. — И кто же меня остановит?
— Я, если потребуется, — постарался как можно твёрже произнести Лестрейд предательски дрогнувшим голосом.
— И как ты намереваешься это сделать, позволь спросить? — медленно закипая гневным раздражением, поинтересовался Ватсон.
Поражаясь собственной дерзости, чувствуя, как каменный пол уходит из-под ног, друг детства Его шотландского Величества набрал в грудь побольше воздуха и заявил с непоколебимой решительностью:
— Если Вы, государь, будете настаивать на своём участии в спасательной вылазке, мне придётся ограничить свободу вашего передвижения.
— Собираешься запереть меня в кладовке с припасами? — язвительно осведомился король. — Да кто осмелится ко мне прикоснуться? Кажется, ты забыл, что здесь я приказываю?!
— А я не буду никому приказывать! — сердито выпалил капитан, рассчитывая любой ценой не позволить сюзерену совершить непоправимую ошибку, пусть и из самых благородных побуждений. — Я собственноручно!
— Как ты смеешь?! — опасно сузив глаза зашипел Шотландец. — Ты хоть понимаешь, что я с тобой могу сделать за подобное самоуправство?!
— Да хоть повесить! — отчаянно дёрнул подбородком Лестрейд. — Но только после возвращения! Ну что, запирать?!
Несколько долгих секунд король и командир его личной охраны сверлили друг друга яростными взглядами, не решаясь принести давнюю и многократно испытанную временем и обстоятельствами дружбу в жертву вспыхнувшему несогласию, но и не желая уступать ни грана собственной правоты.
— Можно ли подвергать себя неоправданной опасности, когда войско понесло невосполнимые потери и, как никогда, нуждается в Вашем мудром управлении и поддержке? — первым не выдержав этой бессловесной дуэли, капитан решил подкрепить свою позицию разумными и весомыми аргументами. — Кому доверите людей и защиту крепости? Этому желторотому Фергюссону? И потом — где гарантия, что, оставив форт, Вы не попадёте в руки неприятеля? Хотите сделать королю Бриану приятный подарок? — И видя, как упрямая настойчивость в глазах Его Величества медленно сменяется рассудительным сомнением, командир стражи добавил убеждённо и доверительно: — Джон, я клянусь, что отыщу Шерлока и доставлю его к тебе. Чего бы это ни стоило.
Доводы, приведённые верным Лестрейдом, не стали для Ватсона откровением — какой-то частью сознания, захваченного ужасом почти случившейся потери, он и сам понимал всю безрассудность своего практически неконтролируемого желания лично отправиться на поиски друга и возлюбленного. Но произнесённые вслух другим человеком сии простые истины заставили Шотландца вспомнить, что кроме Связи и любви в его, джоновой, жизни есть и другие, не менее важные вещи — долг, честь, ответственность, — от этого зависели жизни многих людей, и он не имел права пренебрегать ими в пользу собственных чувств.
Вдруг расслабившись, точно сбросив с плеч непомерный груз, Джон прислонился к стене и махнул рукой в сторону выжидательно замершего капитана.
— Иди уже… и попробуй только сгинуть. — Взглянул хмуро исподлобья. — Убью.
Выдохнув с заметным облегчением, Лестрейд обнадёживающе кивнул и, не задерживаясь более ни минуты, быстрым шагом направился в сторону выхода.
— Грег… пожалуйста… найди его… — прошелестело ему вдогонку еле слышно.
