— О, нет, прошу тебя! — Джон тихонько захихикал. — Терпеть не могу своё второе имя! К тому же, моё у него уже и так есть. Давай воспользуемся одним из твоих?
Преданный закатил глаза:
— Только не Шерлок, ты же понимаешь, что не стоит дразнить людей… Да и Уильямов, пожалуй, в нашей семье уже достаточно, не находишь?
— Да, пожалуй. — Ватсон облокотился о колено своего любовника и, размышляя, подпёр ладонью щеку. — Тогда давай назовём его в честь моего прапрадеда. Того самого, чьё кольцо ты сейчас носишь на пальце — в конце концов, именно его кровь, его и твоей прапрабабки, унаследованная через пять поколений этим малышом, объединяет и нас с тобой. Ты не против?
— Ммм… — промычал было Шерлок, мысленно перекатывая предложенное имя на языке, но вежливый стук в дверь и появившаяся вслед за ним Марта Хадсон нарушили пастораль момента:
— Ваше Величество, Ваше Высочество…
Джон хмыкнул, поднимаясь с колен и оборачиваясь:
— Дорогая миссис Хадсон, можете оставить официоз, мы ведь почти семья.
— О… Мои хорошие… — Марта растроганно шмыгнула носом. — Простите, что прервала ваш разговор, но я хотела забрать Джуниора, он скоро проснётся и потребует молока, — она улыбнулась, с нежностью оглядев маленькое спелёнутое сокровище, — и поверьте, сделает это очень громко! Я отнесу его к кормилице? Или ей следует придти сюда?
Шерлок с Джоном уставились друг на друга. Неожиданно такой простой выбор из двух вариантов застал врасплох. Отчаянно не хотелось расставаться с малышом, но продолжать разговор при постороннем человеке было бы откровенно неуместным. Наконец Шерлок аккуратно подхватил сына и осторожно передал завозившегося и запыхтевшего во сне младенца в руки пожилой леди, переспросив с напускной строгостью:
— Джуниора?
Женщина смутилась.
— Ну, он ведь младший… И пока не принято официальное решение о его имени… — она смутилась окончательно и умолкла.
Вновь переглянувшись с Джоном, Шерлок кивнул:
— Его зовут Мартин.
— Мартин?
— Да, — с улыбкой подтвердил король. — В честь кровно объединяющего нас с Шерлоком предка. Мы подумали, что так будет… правильно.
— Мартин… Ну что ж, Марти, пойдёмте к Вашей кормилице, — более чем довольно заворковала миссис Хадсон, не обращая внимания на возведшего глаза к потолку Шерлока, проворчавшего: «Бога ради, только никаких сокращений, пожалуйста!» — и покачивая начавшего просыпаться малыша, ещё не разлепившего сомкнутых дрёмой век, но уже нетерпеливо причмокивающего губами и всё решительнее открывающего ротик в поисках изобилующей молоком груди, заменившей ему материнскую.
Так и не дождавшись моментального предоставления необходимого, только что обретшее своё мирское имя чудо через мгновение окончательно проснулось и, широко распахнув младенчески-голубые, ещё не определившиеся с оттенком глаза, оглушило присутствующих пронзительным и требовательным криком. Двое папаш инстинктивно дёрнулись следом, но тихонько посмеивающаяся над их порывом нечаянная тёзка высокородного отпрыска лишь залюлюкала над маленьким принцем, поспешно удаляясь с ним из королевского кабинета…
В начале июля, когда до завершения траура по королеве Мэри оставалось не более двух недель, из Лондона прибыл гонец с депешей от сира Майкрофта.
В самых изысканных фразах и не лишённым поэтической выразительности стилем Холмс-старший сообщал, что их с Шерлоком матушка совершенно утратила терпение от беспокойства и переживаний о чудесно воскресшем сыне, которого всё ещё не могла ни лицезреть, ни заключить в свои нежные родительские объятия. Тревожась о душевном здоровье измученной волнениями королевы-матери и будучи регулярно информируемым о состоянии младшего брата, Император выражал надежду, что самочувствие принца уже вполне позволяет ему принимать гостей, и прозрачно намекал, что факт так и не состоявшегося приглашения со стороны шотландского короля вряд ли способен и дальше удерживать исстрадавшееся материнское сердце от посещения Эдинбурга.
Читая сие послание, Джон почувствовал ощутимый укол совести: за собственными заботами и радостями он совершенно позабыл о просьбе Майкрофта и о своём обещании не затягивать с приглашением. Тут же исправляя допущенную оплошность, Его Величество поспешил отправить в Лондон нарочного с письмом, в котором сдержанные, но искренние извинения подытоживались почтительной просьбой приехать в шотландскую столицу на празднование крестин престолонаследника — разумеется, всем семейством.
Однако сообщая о предстоящем визите Шерлоку, Ватсон всё же опасался, как бы эта волнительная новость не нарушила достигнутое с таким трудом душевное равновесие его избранника, и испытал огромное облегчение, когда английский принц, выслушав облечённое в самые осторожные словесные формулы известие, лишь пожал плечами и кивнул: «Этого стоило ожидать. Удивительно, что Майкрофту удавалось так долго сдерживать подобное развитие событий. Впрочем, — тут младший брат Императора улыбнулся с лёгкой иронией, — он обладает просто колоссальным даром убеждения.»
