Назад в СССР полностью

– Давай, – сказал мужик и протянул гитару.

– Я не могу ее взять, – сказал Антон. – Она дороже стоит.

– Она стоит трояк.

– Нет, дороже.

– Жалко голимого трояка?

– Нет.

– А что?

– Тебя жалко.

– Не возьмешь, продам другому.

Антон пожал плечами:

– Ну так продай.

Мужик немного подумал, посмотрел по сторонам и поднял гитару над головой:

– Не дашь трояк, я ее сейчас разобью о землю.

– Зачем?

– Моя гитара. Что хочу, то и делаю!

– Подожди.

Антон поднял руку:

– Это ведь хорошая вещь! Зачем ее разбивать?

– Она мне не нужна. Даешь трояк?

Антон повертел головой по сторонам. Ломать гитару было глупо. Ему не хотелось в этом участвовать – какая-то жалкая мелодрама. Антон посмотрел по сторонам и протянул мужику трояк:

– Ладно, уговорил.

Мужик забрал деньги и отдал гитару.

– Гитара хорошая. Я ее на БАМе купил.

Антон провел рукой по полированной поверхности.

– Правда?!

– Там все девки вокруг меня вились, как мошки, когда я ее в руки брал.

– Так зачем уехал?

– Проиграл соцсоревнование.

– Что?

– Социалистическое соревнование. Проиграл. Спекся.

– А, понятно.

– Ты комсомолец?

– Бывший…

– Я сейчас вернусь. Если хочешь накатить, квартира номер восемь. Придешь?

– Вряд ли.

– Почему?

– Завязал.

– Все так говорят.

– Я точно завязал.

– Ладно, надумаешь – приходи.

– Ага…

Мужик, зажав трояк в кулаке, в одних трусах побежал в магазин.

Гитара была хорошая. Шестиструнная. Антон мечтал получить такую в детстве. Но не получил. Почему – сейчас? Он решил ничему не удивляться.

Антон провел рукой по струнам и сказал себе: «Это Углец, детка».

Мужик до вечера так и не появился.

Антон, склонив голову, попытался наиграть какую-нибудь нехитрую мелодию. Пока не выходило. Вдали появилась Наташа. Она шла в легком платье и помахивала сумочкой. Антон опустил гитару и ждал, когда она подойдет.

– Привет.

– Привет.

– Где взял гитару?

– Сосед отдал. Вернулся недавно с БАМа. Она ему больше не нужна. Не верит больше в романтику.

– Ясно.

– Вот хочу научиться играть, чтобы спеть тебе серенаду.

Антон взял несколько аккордов.

– Не получается?

– Пока нет.

– Может, ты выбрал не тот инструмент?

– Мне просто нужно время. Я научусь.

– Ты же собираешься уходить?

Антон наклонил голову и стал бренчать. Стала выходить небольшая мелодия.

– Когда приезжает твой отец? – Он поднял голову.

– В пятницу.

– В пятницу – это когда? Я, кажется, потерял счет времени.

– Завтра.

Антон отложил гитару и закричал:

– Пятница – уже завтра?!

– А что ты удивляешься?

Он помолчал.

– Я удивляюсь, что я тут так долго!

– Останешься?

Антон подумал и ответил:

– Мне передохнуть надо немного.

Потом он опустил голову и снова взялся за гитару.

– Время получать раны, время зализывать раны, – произнес он грустно.

Наташа повесила сумочку на плечо, вздохнула и пошла в дом.

На следующее утро Антон проснулся от шума и голосов, доносившихся из гостиной. Он сел на кровать и потянулся. Знакомиться с Наташиным отцом в таком виде ему не хотелось, но выбора не было. Антон встал, оделся и, глядя в зеркало, поправил повязку на голове. «Я, конечно, не в костюме от Valentino, – сказал он себе, – но, по крайней мере, я похож на комсомольца и вся одежда на мне чистая». Потом Антон открыл дверь и вышел в зал. Он надеялся, что его заметят не сразу, но все при его появлении тут же повернули головы в его сторону.

– Папа, это Антон, – радостно сказала Наташа и на всякий случай взяла отца за руку. Он внимательно осмотрел Антона.

– На нем одежда твоего брата, – произнес он наконец.

– Да, – заулыбалась Наташа. – Она ему так подходит, правда?

Отец молчал, и это было нехорошее молчание.

– А мы вас ждали к вечеру, – сказал Антон.

– Рейс перенесли, – ответил отец. – Взгляд его немного потеплел. – Ладно, – сказал он. – Иди сюда, мы и тебе найдем подарок.

Антон прошел мимо распахнутых чемоданов и горы иностранных шмоток, вываленных прямо на пол. Виктор посторонился, натягивая на ногу кроссовку. На голове у него была надета шляпа-зонт. Его глаза под ним светились детской радостью.

Отец хлопнул Антона по плечу и сказал:

– Не знал, что ты появишься, а то и тебе привез бы что-нибудь.

– Я и сам не знал, – ответил Антон, стараясь беззаботно улыбаться и прищуривать глаза, чтобы синяки так не бросались в глаза.

Отец протянул руку и указал на стол, заваленный подарками и сувенирами:

– Выбирай, что хочешь.

– Да мне ничего не надо, – помялся Антон.

– Бери, бери! Не стесняйся.

Отец легонько подтолкнул его к столу.

Антон подошел ближе и взял в руку маленькую коробочку с одноразовым мылом, которое бесплатно кладут в номерах отелей. На коробочке было написано название отеля: Grand Hotel Roma.

– Я слышал, ты в наш погреб свалился? – спросил отец сзади.

– Угу… – ответил Антон, засмотревшись на надпись.

– Поранился?

– Немного…

– Это все Наташка, забывает закрывать! Сколько раз говорил ей, что когда-нибудь в него свалится алкаш.

Наступила неловкая пауза. Отец обвел всех ясными глазами. Он еще не понял, что сказал.

– Папа, Антон не алкаш, – заметила Наташа, поправляя прическу у зеркала.

– Он плохо видит, – помог ей Виктор.

– Да, я свалился по темени, – пробормотал Антон. – Сам виноват.