– Я, эм, не совсем в курсе, кто это. – Я втягиваю воздух сквозь зубы. – Извини.
– Все нормально. А ты слышала Moneen? Или вообще эмо или панк?
– Гм. – С минуту я молчу. Как-то эту тему мы в общении проскочили. Стандартные вопросы вроде «какая музыка тебе нравится» или «что ты последнее смотрел на “Нетфликсе”». Куда бы хотел поступить, какие у тебя любимые цвета, фильмы, еда. Все заменили блуждания по виртуальным планетам и систематизация инопланетной жизни за очки.
И все же, что бы я ни пыталась в себе подавить, чувство кажется вполне реальным, даже без бытовых подробностей.
Может, мы расспросим друг друга позже.
Боже, что вообще происходит?
– Вроде нет? – говорю я наконец. – Наверное, я больше по части поп-музыки?
– У них есть одна песня, – продолжает Аарон. – «Никогда не говори Локку, чего он не может». Для меня это как личный гимн.
– Вряд ли я когда-либо слышала…
– «Ты хочешь сказать, мы не можем?! – громко и жутко фальшиво заводит он. – Нет, мо-о-о-ожем! Что значит – мечте не бывать? БЫВА-А-АТЬ!»
Я хохочу и не могу остановиться.
– Чего? Не нравится? – спрашивает Аарон. – Еще скажи, я петь не умею.
– Нет! – выдавливаю я сквозь смех. – Я бы никогда…
– УМЕ-Е-ЕЮ! – вновь тянет он, и я опять хихикаю. Когда мне наконец удается успокоиться, Аарон добавляет: – Может, однажды возьму тебя с собой в музыкальный магазин.
Сердце колотится как сумасшедшее.
– Их альбом The Red Tree очень хорош, – говорит он. – И эта песня – всякий раз, как ее слышу, мне кажется, я могу горы свернуть. С поддержкой или без поддержки семьи, игровой компании…Стой, у меня идея! – Я слышу, как он возится с чем-то на заднем плане, и его аватар немного сходит с ума, наверное, потому что Аарон откладывает гарнитуру и контроллеры. Внезапно в ушах раздается пронзительный рев гитары и энергичные биты, и аватар снова выпрямляется.
В магазин.
В реальной жизни.
– Можем слушать их вместе, пока исследуем планеты. Вдруг что-то понравится и…
– Я не знаю, готова ли встретиться. – Слова вырываются наружу, хотя я пытаюсь их удержать. Аарон делится со мной чем-то… личным. Гораздо более личным, чем наша болтовня в чатах. Просто раскрывает передо мной душу.
Он хочет пойти в музыкальный магазин. В реале. Вспоминаю магазины подержанных пластинок в Джерси-Сити и Хобокене, большие корзины, полные виниловых дисков, в которых так и хочется порыться. Я представляю, как наши руки вместе быстро перелистывают пластинки…и мне приходится прогнать картинку.
– Не знаю, смогу ли когда-нибудь, – шепчу я.
Песня останавливается.
Повисает пауза. Я слышу плеск воды в гигантском озере, звуки случайно сгенерированных существ вдали. Цифровой ветер. Я испортила чудесный момент. Но я просто еще не готова.
Потому что все это нереально.
Но, может, мне хочется, чтобы оно таковым стало.
Ведь какая-то часть того, что происходит между нами, – она настоящая.
И кажется, я не против.
– Все в порядке, – говорит Аарон, делая шаг вперед.
– Точно? – спрашиваю я, глядя на него.
– Мне не нужно на тебя смотреть, чтобы
На мгновение мне хочется, чтобы между нами не было этого цифрового пространства. Целого мира. Чтобы я могла дотянуться через кабели, данные и код и схватить эти руки. Руки странного, чудаковатого парня из чата и видеоигры. Который поет для меня, хотя лучше бы он этого не делал.
Но я не могу.
Глаза жжет, в горле режет, и это не просто волна печали. К ней примешивается злость из-за страха, который вторгся в мою жизнь. Из-за Vox Populi, троллей, уродов, что беспокоили Ребекку и напали на маму. Я хочу преодолеть его, но он уже часть меня. Как сказала подруга, теперь я буду носить его внутри вечно, хоть и не хочу.
Я душу всхлип и едва выдавливаю:
– Пошли… на разведку.
Мы огибаем огромное озеро, и разговор начинает затухать. Некоторое время мы идем в тишине, и Аарон ставит что-то более мягкое, с пианино и грустным, нежным голосом, который, кажется, перекликается с пейзажем. Если не ошибаюсь, The Fray.
Я гляжу на Аарона, и он поворачивает голову, чтобы посмотреть на меня. Полуденное цифровое солнце низко висит в небе, обрисовывая профиль моего спутника на фоне воды, и если бы мы гуляли в реале, я бы, наверное, остановилась и попыталась сфотографировать его. Идеальный кадр для инстаграма и все такое.
– Ты в порядке? – спрашивает он, останавливаясь.
Я бы хотела бродить с ним у настоящей воды. Здесь, в Джерси-Сити, в центре. Мы могли бы рыться в поисках пластинок, как он предложил, или пить кофе в Word, моем любимом книжном. Я поймала бы идеальный кадр, фото на закате, в парке, в окружении корги, йорков и бостон-терьеров, столь характерных для нашего города.
Но не могу.
По крайней мере, еще нет.
– Ага, – лгу я. – Да, у меня все хорошо.
– Слушай, я, конечно, за тебя рад и все такое, – начинает Райан с замученной улыбкой, – но, может, притормозим и определимся, что такое свидание? Ты бы хоть само понятие загуглил.
