В последнее время мне трудно связаться с подругой, в игре или вне ее. После всего, что произошло, Ребекка все больше и больше отстраняется. Замолчала, не отвечает на сообщения, никогда не бывает в сети.
Я не знаю, что еще сделать, поэтому погружаюсь в виртуальный мир, который должен быть менее сложным, чем реальный. Но когда смотрю на космический корабль этого парня…
Понимаю, что это не так.
Я стараюсь не думать, что этот приземляющийся на цифровой ландшафт корабль задевает струны моей души. В животе трепещет, пока Аарон приближается к земле. На нем VR-шлем. Который я ему послала. Теперь все по-другому: я изменила динамику…того, что между нами происходит, и мы можем видеться. Вроде как. По крайней мере, наши аватары, цифровые копии того, кто мы есть на самом деле.
Но он совсем не следит за тем, сколько информации вываливает в интернет-пространство.
– Какие планы? – спрашиваю я. – Теперь, когда тебя уволили и все такое.
– Дело не столько в том, что меня уволили, сколько в том, что это сделал Джейсон. Я думал, мы друзья, – отвечает Аарон.
Его корабль с тихим шипением встает на землю. Кабина открывается, Аарон выпрыгивает, и я еле сдерживаю смех. Его аватар смотрит во все стороны. В небо, вправо, влево… И я его понимаю. Включаешь гарнитуру в такой игре – и глаза от красоты разбегаются.
Я покашливаю, и Аарон поворачивается ко мне.
– Ой. Привет, – говорит он с легким смехом. Затем идет в моем направлении, его движения все еще немного дерганые, вероятно, ему трудно освоиться с управлением. – Да и ладно. Жаль, что я потратил впустую так много времени, но лучше не иметь дел с человеком, который готов присоединится к травле, просто чтобы заработать деньги.
– Это просто беспроигрышный вариант. Я прекращаю стримить – тролли выигрывают. Компании, занимающиеся видеоиграми, молчат – тролли выигрывают. Отстой.
– Да, – соглашается Аарон.
Мы замолкаем, и мое сердце трепещет. Я почти злюсь на себя за это, потому что… ну, я же смотрю на чей-то обычный аватар. Это не сам Аарон.
Но в то же время он.
– Эй, D1V, слушай, – начинает Аарон, делая еще несколько шагов ко мне.
Теперь его плечи и голова занимают весь мой обзор, и гарнитура передает все, что он делает. То есть не каждое движение – например, Аарон не может обнять меня, все-таки мир еще не дошел до уровня фильма «Первому игроку приготовиться», – но основные жесты, движения головы и взмахи руками… Это есть.
– Я даже не могу отблагодарить тебя как следует, – говорит он. – За это.
– Ничего страшного, – отвечаю я, чувствуя, как горят щеки.
– Нет, серьезно. Твой подарок много для меня значит. Моя семья… Они не очень поддерживают мою любовь ко всему этому. – Он указывает на то, что нас окружает. – И еще…мой папа… – Аарон осекается и громко вздыхает.
– Что такое?
– Он прятал игру на рабочем столе в приемной. В маминой клинике. Не знаю почему – просто какая-то старая игра, я не стал бы над ним смеяться. – Он откашливается. – Хотя маме бы, наверное, не понравилось. Может, поэтому все и случилось.
– Что случилось… – начинаю я.
– Он ей изменяет, – отвечает Аарон немного тише. От его тона у меня перехватывает дыхание. Голос такой… надломленный. – Кажется. Я нашел письмо. Целую папку с документами, которые еще не успел просмотреть. В нем он признается в своих чувствах кому-то другому. – Его аватар качает головой. – Я не знаю, что делать.
– О боже, Аарон, – выдыхаю я. – Мне так жаль. Я это уже проходила. Со своим отцом. Когда он ушел к другой. Я знаю, это нелегко.
– Ага. – Его голос звучит так удрученно, я не знаю, что еще сказать. Краем глаза замечаю озеро недалеко от того места, где мы приземлились. Возможно, небольшое исследование поможет Аарону отвлечься. – Пошли, – зову я, направляясь в ту сторону.
Керриган – великолепная маленькая планета, одна из первых, куда я привела свою «Армаду». Ресурсы здесь на самом деле скудные, а то, что есть – дерево, вода, камень, – в основном берегут, не портят прекрасный пейзаж, чтобы просто болтать и бродить. Домашняя база. Я назвала ее в честь легендарной воительницы зергов и терранов, чья неукротимая ярость может сравниться только с ее же безжалостной любовью. Я говорила Ребекке, как мечтаю, чтобы Кристи Голден была на GamesCon в этом году и я смогла рассказать о своей любви к ее новеллизациям StarCraft.
Когда мы подходим к воде, я бросаю взгляд на Аарона. Он смотрит куда-то вдаль.
– Ладно, можно задам глупый вопрос? – начинаю я, изучая лицо его аватара.
– Какой?
– Откуда шрам?
Он смеется.
– Ой. Да я однажды летом немного пересмотрел «Остаться в живых». – Я слышу ухмылку в его голосе. – По «Нетфликсу» крутили все сезоны, я жутко отравился какой-то едой на вынос, которую мама принесла домой, а от игр у меня просто болела голова, так что…
– Больничный в обнимку с телевизором? – спрашиваю я, сразу же ругая себя за шутку.
– Точно. – Его аватар смотрит то на воду, то снова на меня. – Папа посмотрел со мной почти все серии, хотя они с мамой уже видели их, когда те только вышли в эфир. Знал содержание, но все равно сидел рядом. Шрам на аватаре – это я решил закосить под Джона Локка.
