Не читай комменты! полностью

Я откидываюсь на спинку стула, меня охватывает ужас. Медленно загружаю соцсети, понимая, что могу обнаружить. Мой твиттер, личный фейсбук, стрим, все…все взломано. Моя лента в твиттере полна гадких постов, фейсбук публикует рекламу солнцезащитных очков, обуви и других товаров.

Но хуже всего дело обстоит с каналом на Glitch.

Все мои видео.

Мой заработок. Платформа, которую я построила, чтобы привлечь спонсоров.

Все исчезло.

Меня стерли.

Тролли не смогли победить меня, поэтому удалили.

Они выиграли.

Хочу уничтожить смс от тролля, но останавливаюсь. Там номер. Это может пригодиться. Вдруг кто-то отследит урода, хотя мой опыт общения с правоохранительными органами ограничивается просмотром сериала «Закон и порядок: специальный корпус» и общением с детективом Уоттс.

Вдруг она сумеет что-то сделать.

Я пытаюсь открыть чат, поговорить с Аароном, но нет. Неверный пароль. Ну да. Все исчезло.

Аарон.

Аарон исчез.

Почти странно, насколько плохо мне становится. Ни соцсетей, ни электронной почты, ни приложения для чата… У меня отняли любые возможности связаться с ним. А я даже номер телефона не попросила.

Думай. Должен быть способ.

Но может…может, ему так лучше. Подальше от всего этого.

Подумаю потом. А сейчас все закрываю и захожу в настоящие сообщения Ребекки на своем телефоне, а не в мессенджере. Пусть тролли взломали всю информацию для восстановления соцсетей, но, по крайней мере, телефон еще мой, даже если у них теперь есть номер. Вслед за предыдущими сообщениями от Ребекки приходит куча новых, каждое из которых еще более горькое, чем предыдущее.

Я вытаскиваю из бумажника визитную карточку Уоттс и перевожу взгляд с нее на переписку.

Сначала подруга, потом детектив. Ребекка должна знать, что все в порядке. Что я ни в чем ее не виню.

Начинаю набирать ответ, на экране телефона мерцает какой-то блик. Я оглядываю комнату и в конце концов нахожу источник – на кровати мигает шлем.

Тянусь за ним и заглядываю внутрь. Линзы отражают не то, что происходит на мониторе, не меню игры, вход в систему или что-то подобное. Вместо этого они просто мигают: белый, черный, белый, черный, белый…

Это чертов стробоскоп.

Они прислали мне вызывающее припадок видео.

Судорог у меня нет, со мной никогда не случалось ничего подобного из-за мигающего света, видеоигры или чего-то еще. Но для них не имеет значения реальность.

Только шанс.

Возможность.

Я могла упасть со стула. Кабель гарнитуры мог потянуть на меня компьютер.

Они могли убить меня. Раз такая возможность есть хотя бы в теории, они ею воспользовались.

Звонит телефон, и я подпрыгиваю, мое сердце бешено колотится. Кладу гарнитуру обратно на кровать и осторожно беру трубку.

– Див? – всхлипывает Ребекка.

Вот и все. Я. Моя лучшая подруга. Моя мама.

Моя жизнь.

После GamesCon я сворачиваюсь.

– Что значит пропала? – спрашивает Райан, прислоняясь к стойке регистрации в маминой клинике. – Мы живем в век социальных сетей и интернета, друг мой. Нельзя просто исчезнуть.

Он вытаскивает один из ужасных леденцов на палочке из гигантской банки рядом с регистрационным листом, разворачивает его и быстро сует в рот. Потом корчит гримасу, достает конфету и с преувеличенной тщательностью заворачивает обратно.

– Не смей, – предупреждаю я, глядя на него.

Он ухмыляясь бросает леденец обратно в банку.

– Чувак! – Я пытаюсь отобрать ее, но Райан снова вытаскивает леденец.

– Да ладно, я пошутил. – Засранец улыбается и берет другую конфету, на этот раз явно вкусную, раз не выплевывает. – А теперь объясни.

– Да я же тебе все написал! – говорю я раздраженно. – Не знаю, как они это сделали, но я несколько дней пытаюсь на нее выйти, а она просто… Ее больше нет.

Я вытаскиваю телефон. С тех пор как несколько дней назад D1V вышла из системы, все ее учетные записи в социальных сетях испарились. Канал на Glitch потерял весь контент и сразу стал закрытым. А когда я попытался связаться с ней в чате игры…

Ну, скажем так, явно не она пишет мне все эти… откровенно сексуальные инструкции.

– Ты пробовал выйти на ее подругу? – спрашивает Райан, пытаясь говорить сквозь стучащий по зубам гигантский леденец. – С Ребеккой? Они же общаются.

Я качаю головой.