…Медленно, тяжело перебираются с одного ледяного валуна на другой Мариано, Цаппи и Мальмгрен. Их радужные надежды в короткий срок достигнуть Большой земли развеялись в прах. Лед, по которому они идут, не стоит на месте, он движется, отдаляется от берега, уже не различимого сквозь туман смутными очертаниями. Каждодневное мучительное продвижение вперед несчастных путников уничтожается попятным движением льда. Мальмгрен выбился из сил. Он то и дело спотыкается, падает. Мариано помогает ему подняться, в то время как Цаппи наблюдает за этим доброхотством с нетерпеливым раздражением. Кажется, что Мальмгрен пребывает в трансе, веки его полуприкрыты, тень близящейся кончины залегла под глазами.
Он снова падает и с силой ударяется левой половиной тела о ледяной торос. Мариано наклоняется над ним, но Мальмгрен не принимает помощи. Теперь глаза его широко открыты, он принял решение, и это сообщило ему короткую бодрость.
— Ну, я сделал все, что мог. Дальше я не иду.
— Перестаньте, Мальмгрен!..
— Слушайте меня внимательно. Со мной все ясно. Последнее, что мне осталось, — это не мешать вам. Разделите остатки моего пайка, возьмите теплую одежду и ступайте вперед.
— Довольно! — резко сказал Мариано. — Обопритесь на мое плечо.
Он попытался приподнять Мальмгрена, но по тому, как смертельно выбелилось его лицо, понял, что ему действительно не встать.
— Что с вами? — в отчаянии вскричал Мариано.
Вместо ответа Мальмгрен обнажил ногу, и Мариано с ужасом увидел отставшую кожу и гниющие мышцы.
— К тому же на этот раз я, кажется, доломал свою левую руку, — спокойно сказал Мальмгрен.
— Мы не можем бросить вас…
— Вы обязаны это сделать не ради себя, а ради тех, кто остался там.
— Я думаю, Мальмгрен прав, — тихо сказал Цаппи.
— Замолчите, Филиппо!.. Мы понесем вас!
— Нет! — вскричал Мальмгрен. — Послушайте, Мариано, я знаю север лучше, чем вы. Арктика не любит сентиментальности. Помогите мне добраться вон до того грота, там я и останусь.
Мариано молчит, из глаз его текут слезы и замерзают светлыми полосками на грязной, заветренной коже щек. Цаппи подходит к Мальмгрену и с удивительной ловкостью помогает ему встать и сделать несколько шагов к гроту — довольно глубокой, наклонно расположенной яме в ледяном торосе.
Но и на этом кратком пути Мальмгрен лишился сознания. Он пришел в себя, когда Цаппи почти уже опустил его в ледяную могилу.
— Не смейте! — яростно кричит Мариано и кидается к гроту.
— Спокойно, Мариано! — слышится по-новому властный голос Мальмгрена. Толкнувшись руками, он совсем сполз в яму. — Смерть от замерзания — легкая смерть, это просто сон, от которого не просыпаются. А снится тепло. Понимаете, как это чудно: уснуть в тепле!
— Можете говорить что вам вздумается, Мальмгрен, но без вас мы не уйдем.
— Уйдете! — Мальмгрен совсем скрылся в яме, затем оттуда вылетели его меховые унты и малица.
Мариано хотел швырнуть одежду обратно, но Цаппи помешал ему. Мариано опустился на снег и закрыл лицо руками. Цаппи подошел к краю ледяной могилы.
— Что передать на родину; Мальмгрен?..
— Если б вы были шведом, я просил бы вас поклониться Упсале, где я долгое время работал… Там высокие деревья и горластые галки, и еще я очень люблю бой старых соборных часов, но вы не швед, и все это вам ничего не говорит… — Мальмгрен выкинул наружу шерстяные брюки, свитер, шерстяную рубашку.
— Я не силен в пейзаже, Мальмгрен, что передать людям?
— Если бы вы были шведом, я просил бы вас просто посмотреть на одну маленькую девушку по имени Анна. Она учится в Упсале. Мне было бы радостно думать, что вы увидите ее под большими деревьями, и будут кричать галки, и отбивать время соборные часы. Но вы не швед, и все это вам ничего не говорит.
Он швырнул легкие суконные брюки, шерстяные носки, нательное белье. Лишь его голые руки мелькают над краем ямы.
— Это невыносимо! Одумайтесь, Мальмгрен! — закричал Мариано.
— Чепуха! Мальмгрен ведет себя как настоящий мужчина, а ты как слезливая баба! — накинулся на друга Цаппи. — Мы обязаны думать о наших товарищах, они ждут помощи. Бесчестно жертвовать ими ради нашей привязанности к Мальмгрену.
— Прислушайтесь, Мариано, — донеслось из ямы, и в голосе Мальмгрена отчетливо прозвучали насмешливые ноты.
Мариано громко зарыдал.
— Что передать вашей матери, Мальмгрен?
— Передайте мой компас. Слова не нужны, она и сама поймет, что со мной было все в порядке.
Мариано вдруг кинулся к яме, Цаппи загородил ему путь. Между ними происходит борьба. Физически более крепкий Мариано надорван морально, и Цаппи удается отшвырнуть его прочь от ямы. Мальмгрен слышит эту возню.
— Будьте мужчиной, Мариано! Уходите! Уходите, черт бы вас побрал!
— Уходим, уходим, дорогой Мальмгрен! — закричал Цаппи. — И в доказательство моего к вам безмерного уважения я подчиняюсь вам во всем. Вот я забираю вашу одежду, забираю ваши продукты и клянусь вам, мы выполним свой долг. Да хранит вас господь!
— Уходите! — глухо донеслось из ямы.
Подталкивая Мариано, Цаппи повлек его прочь.