Майкл был прав, когда говорил о силе этих чувств. Это словно нечто большее, чем просто любовь. Он повсюду — в каждой клеточке, в каждой мысли и, хочется верить, в каждой секунде нашего совместного будущего. Я не знала, как жить дальше без него — за эти несколько месяцев он стал слишком важной частью меня. Одна только мысль о том, что я могу потерять его, заставляла меня ощущать холодный пот и леденящий ужас.
Я должна сделать всё, чтобы мы обрели и сохранили то счастье, которое заслуживаем. Оказалось, что сломана была не только моя душа — его тоже преследовали тени прошлого. И мы дарим друг другу смысл, заполняя пустоту, которая долго жила внутри нас. Раньше мне казалось, что в жизни есть так много вещей, которые имеют значение. Со временем это разочарование настигло меня, накрыв жестокой реальностью. Важны только люди и ты сам. Всё остальное — лишь фон, создающий иллюзию счастливой жизни. В тот момент, когда ты начинаешь любить себя и в твою жизнь приходят по-настоящему важные люди, всё остальное теряет свою значимость. Лишь обретя это, понимаешь, насколько незначительным было всё остальное.
Я так благодарна Майклу за то, что он учит меня быть собой и, наконец, полюбить себя. В его глазах я вижу прекрасное отражение самой себя. Вдруг позади меня раздался шорох, выводя меня из глубокой задумчивости. Я не заметила, как, погружённая в мысли, подошла к краю бассейна и застыла, глядя на его мерцающую воду. Лунный свет отражался под таким углом, что вода казалась почти магической.
— Ты! — прозвучал голос, пропитанный ненавистью, мгновенно вызывая во мне раздражение и ледяной ужас.
— Какого черта ты тут делаешь? — скривившись от одного только вида, я обернулась и встретила взгляд Натали.
— Я почетный гость! А вот что делает здесь такая шваль, как ты, хороший вопрос! — фыркнула она, задрав подбородок и искривив тонкие губы в издевке.
— Зря спросила, ведь на самом деле мне плевать, — стараясь придать голосу безразличие, ответила я, зная, что больше всего Натали бесит равнодушие к её достижениям. Она всегда искала подтверждения своих заслуг, будто сама не могла оценить их.
— Что ты здесь делаешь? — уже уязвленная моим ответом, Натали сделала несколько шагов, сокращая расстояние между нами.
— Тебя это не касается! — резко ответила я, поворачиваясь к ней всем телом, готовясь к возможному нападению. Ведь от неё можно ожидать чего угодно. Мимолетная мысль мелькнула в голове, упрекая меня за безответственное отношение к курсам самообороны. Несколько занятий явно недостаточно, чтобы дать ей отпор, если она нападет.
— Хотя знаешь, мне плевать! Ты даже не стоишь моего интереса! — фыркнула она, внимательно рассматривая мои глаза, словно выискивая там ответы.
— Обманывай себя! — усмехнулась я. — Ведь мы обе знаем, что тебе всегда было не плевать! Ты просто завидуешь, — произнесла я с нескрываемой усмешкой, стараясь вывести её из себя. На самом деле я не хотела этого, не желала конфликта и предпочла бы оставаться в одиночестве, но злость внутри меня заставляла измываться над ней. Мне нравилось чувство превосходства над Натали. В такие мгновения я мимолетно ощущала себя в безопасности, словно веря, что сильнее её. Я заметила, как глаза Натали изменились, и она посмотрела на меня так, будто я видела её изнутри. Значит, я правда задела её за живое.
— Ничего тупее не слышала! С чего мне завидовать тебе? Ты никто и звать тебя никак! Твоя жизнь — это череда неудач. У тебя никого и ничего не осталось, — сделав ещё шаг ко мне, прошипела Натали.
— Знаешь, такое ощущение, что ты сейчас описала себя! — фальшиво засмеялась я. — Ты одинока, и нет никого, кто любил бы тебя. Мне жаль открывать тебе глаза на правду, но кто-то должен это сделать. — Я видела, как она пытается справиться со злостью, которая разрастается внутри. Я чувствовала её уязвимость и ликовала. Вероятно, ослеплённая этим, я почувствовала ложную уверенность и озвучила то, что не стоило. — Я всё знаю про тебя, все твои грязные делишки! Как думаешь, что я могу с этим сделать? — Осознав, что перегнула палку, я сделала шаг назад, застревая каблуком в решётке, обрамляющей бассейн.
— Что ты несёшь? — Натали нахмурила брови, и казалось, что она раздумывает, что мне может быть известно. — Знай ты хоть немного, то… — я не даю ей договорить.
— То что? Сдала бы тебя? Или, может, засадила в тюрьму за продажные тендеры, незаконный вывоз и последующую продажу краденых реликвий и антиквариата? Или я что-то упустила? — Её рот несколько раз открывается и закрывается. С тупым выражением лица она смотрит на меня, пытаясь переварить услышанное. Я же, наконец, осознаю, что совершила глупую и непростительную ошибку — теперь у меня больше нет козыря в рукаве. Страх и ярость вытеснили здравый смысл, заставив меня пойти на такую необдуманную выходку.