— Всё хорошо, я здесь, — слабо проговорила я ему на ухо. Майкл, словно очнувшись от оцепенения, наконец-то притянул меня к себе и заключил в свои тёплые объятия. — Я знаю, что напугала тебя, но прошу, поговори со мной, ведь сейчас ты пугаешь меня! — еле проговорила я ему прямо в грудь.
— Я не могу, — через мгновение наконец хрипло ответил Майкл, при этом ослабляя хватку своих рук.
— Что, не можешь? — хрипло прошептала я, и мои глаза испуганно забегали по его лицу.
Но он ничего не ответил, а только, отстранившись, стал мерить шагами комнату, нервно проводя ладонью то по сморщенному лбу, то по влажным волосам. О чём он размышлял, я только могла догадываться. Хотя, если быть честной, я и понятия не имела. Что если его слова означали, что он больше не может терпеть нашу вражду с Натали? Что если он понял всю серьезность ситуации и теперь решил оставить меня, чтобы не быть втянутым в эти ужасные семейные драмы? Страх обдал меня ледяной дрожью, и казалось, я почувствовала, как меня начало подташнивать от одной лишь мысли о том, что он больше не в силах это терпеть и собирается бросить меня. Я кинула умоляющий взгляд на Майкла, но он не замечал меня. Его движения замедлялись с каждым новым шагом. Казалось, он впадал в какой-то транс и не желал возвращаться в реальность. Наконец он совсем замер, как гипсовая статуя, стоя посреди комнаты. Его можно было бы принять за неживое существо, если бы не одно «но»: гримасы боли, ужаса и безысходности, сменяющиеся на его лице, выдавали в нём живого человека.
— Я не могу, — снова прошептал он, устремив взгляд вниз. Плечи бессильно опустились, ссутулив его силуэт, делая его на вид уязвимым и беспомощным.
— Майкл, прошу, ты пугаешь меня, — моё сердце перестало отстукивать привычный ритм и, кажется, замерло. Всё вокруг остановилось, и я застыла в ожидании его ответа.
Майкл медленно поднял взгляд, и я заметила, как его глаза поблескивают, отражая тусклый свет комнаты.
Он покачал головой, будто слова застряли где-то глубоко внутри. Его голова склонилась вниз, и тело медленно осело на колени. Руки безжизненно повисли вдоль туловища, словно он был марионеткой, у которой оборвались нити.
— Я не могу! Я просто не способен защитить тебя! У меня недостаточно сил… — прошептал Майкл, все так же глядя в пол, словно разговаривая не со мной, а с самим собой.
Он поднял на меня глаза, наполненные болью. Никогда раньше я не видела его таким — сломленным и побеждённым. Теперь я точно могла разглядеть, как маленькие слезинки скопились в уголках его глаз и блестели, так и не решаясь скатиться по его бледному лицу.
Майкла била дрожь, от холода или от страха — я не знала. Я просто сидела, растерянная и беспомощная, не понимая, что происходит.
Стараясь не напугать его, я медленно подошла и присела напротив, оставив между нами небольшое расстояние. Его руки прикрывали лицо, грудь тяжело вздымалась. Я увидела крошечную каплю, застывшую на тыльной стороне его ладони. Как бы он ни старался, слёзы всё равно стекали по его рукам, которыми он тщетно пытался прикрыть лицо.
Моё сердце сжалось, а в груди разлилась ноющая боль, словно меня ударили в солнечное сплетение. Слёзы ручьём потекли по щекам.
— Прости… прости меня, — прошептала я сквозь всхлипы. — Я не хотела… Я не хотела причинить тебе боль.
Майкл тут же опустил руки и посмотрел на меня. В следующее мгновение он рывком притянул меня к себе, сжимая в объятиях, и начал нежно целовать мои щеки, стирая слёзы.
— Адель, господи, я так люблю тебя, — тяжело вздохнул он. — Я так сильно люблю тебя, моя девочка. Я в полной твоей власти, не представляю свою жизнь без тебя. — Хриплый голос Майкла звучал безжизненно, несмотря на слова, которые он произносил, как будто в этот вечер какая-то часть его поверила в то, что я мертва и погибла вместе со мной. — Пожалуйста, не уходи, не оставляй меня. Я стану лучше, я буду заботиться о тебе и о Джорджи. Только не исчезай из моей жизни, не оставляй меня одного. Я всё отдам, забирай всё. Без тебя мне больше ничего не нужно. Я люблю тебя больше, чем свою собственную жизнь. — Он говорил так быстро и тяжело дыша, что я не сразу осознала смысл его слов. Его тело дрожало, и я чувствовала, как меня трясёт от его страха. Я взяла его влажное лицо в свои руки и прижала губы к его губам так чувственно, как только могла, стараясь передать ему всю свою любовь.
— Майкл, я никуда не ухожу, я здесь, я с тобой, — прошептала я, стараясь сдержать дрожь в голосе. — Я не могу тебя оставить, это мне не под силу. — Боль внутри становилась невыносимой, и я начала задыхаться.