Кейт прислала мне список кандидатов для собеседования в наш отдел. Теперь моя задача — связаться с ними, уточнить детали и назначить встречи. Это первый раз, когда мне поручают что-то подобное, поэтому я немного нервничаю. Но важно найти подходящего человека — Кейт уже загружена по уши, а у меня самой проекты сыплются один за другим. Не хочу никого осуждать, но иногда возникает ощущение, что некоторые из наших коллег просто не справляются. На прошлой неделе Кейт прислала мне несколько проектов на проверку, которые вели Джастин и Таиса. Ошибки в них были настолько абсурдными, что внутри у меня всё кипело. И снова пришлось потратить часы на исправления и доработки того, на что я могла бы не тратить время, если бы они выполняли свою работу ответственнее.
Мои мысли прерывает слабый стук в дверь. Я вздрагиваю и в испуге смотрю на Джорджи, надеясь, что за дверью Кейт, а не кто-то из коллег, кто может доложить, что я привела сына в офис.
— Да, войдите! — наконец, произношу я громко.
Дверь тихо приоткрывается, и в мой небольшой кабинет заходит Мистер Бэдфорд. Как всегда, он безупречен — уложенные волосы, идеально сидящий костюм. Но что-то во всём его облике сегодня кажется не таким уверенным, как обычно. Он держит руки за спиной, словно не решаясь сделать шаг вперёд. Взгляд его удивлённо задерживается на Джорджи, потом на мне, затем снова на мальчике, словно он не может осознать происходящее.
— Добрый день, — пробую прервать эту затянувшуюся паузу, чувствуя, как внутри растёт замешательство. — Вы что-то хотели? — Вопрос кажется нелепым, но в голове сейчас такая каша, что я не могу здраво мыслить.
— Добрый день, — его голос звучит мягко, но слова он произносит медленно, растянуто, как будто до сих пор в полном шоке и не может собрать мысли воедино. — Да, я зашёл проверить, как вы. Мне показалось, что при нашей последней встрече я вас чем-то обидел, поэтому хотел бы извиниться.
Говоря это, Мистер Бэдфорд смотрит на меня чуть растерянно и… вдруг протягивает букет персиковых роз, которые всё это время держал за спиной. Я застываю, не в силах сдвинуться с места. В голове звенит, как будто она вот-вот взорвётся. Моя растерянность усиливается с каждой секундой, а глаза не могут оторваться от букета, который Мистер Бэдфорд всё ещё протягивает мне.
Джорджи, сидящий за кофейным столиком, на секунду отвлекается от своего рисунка и смотрит на нас с любопытством. Я в панике пытаюсь собрать мысли. Что мне сказать? Как объяснить Джорджи, почему мужчина с цветами стоит передо мной, если сама этого не понимаю?
— Это мне? — спрашиваю я, чувствуя, как на лице застывает абсолютно глупое выражение.
Мистер Бэдфорд растерянно кивает, его взгляд немного смущён, будто он всё ещё обдумывает, как правильно реагировать на эту неожиданную ситуацию.
— Извините, но я не могу их принять, — выдыхаю я, чувствуя, как напряжение нарастает. Мои пальцы невольно крепче сжимают край столешницы, словно ищут опоры. Слова даются с трудом, но я не могу позволить себе принять этот жест. Всё кажется таким неправильным — время, место, и даже сам факт того, что это произошло.
Мистер Бэдфорд несколько секунд стоит в полном молчании, будто пытаясь переварить мой отказ.
— Почему? — его взгляд становится ещё более растерянным. — Это ничего не значит, я просто хотел сделать вам приятное…
Не успев завершить фразу, Мистер Бэдфорд замолкает, когда Джорджи подходит ко мне и тянет за руку. Наклоняясь к сыну, я ощущаю, как внутреннее напряжение заставляет моё тело подрагивать.
— Да, милый, что случилось? — спрашиваю я.
— Мама, а кто этот дядя? — совсем тихо, почти шёпотом, спрашивает Джорджи.
Мне кажется, моё лицо пылает, щёки заливаются краской, и я чувствую себя, как перезревший помидор, готовый вот-вот лопнуть. Но, собравшись с духом, я выпрямляюсь, делаю глубокий вдох и понимаю, что уже нет смысла волноваться — худшее уже произошло. Ситуация вряд ли может стать ещё более нелепой.
— Джорджи, это мой начальник, Мистер Бэдфорд, — отвечаю я, стараясь говорить ровно, хотя голос предательски дрожит.
Неожиданно для меня Джорджи, с полной уверенностью, смотрит на Мистера Бэдфорда и протягивает ему руку, произнося своим мягким, но решительным голоском:
— Добрый день, Мистер Бэдфорд, я Джорджи.
Моя челюсть буквально отвисает, и я не могу скрыть удивления. Мистер Бэдфорд на миг кажется ошеломлённым, но быстро приходит в себя. Он опускается на корточки и пожимает маленькую ручку Джорджи с ласковой улыбкой.
— Добрый день, Джорджи, очень приятно, — произносит немного смущённо Мистер Бэдфорд, и я буквально наблюдаю, как растерянная гримасса на его лице уступает место выражению полного очарования маленьким созданием перед ним.
— Вы принесли маме цветы? Почему? — внезапно спрашивает Джорджи, и в этот момент я буквально застываю. Мой рот то открывается, то закрывается, как у рыбы, которая жадно ловит воздух, не зная, что сказать.
Мистер Бэдфорд тоже ненадолго замирает, будто не ожидал такого вопроса от ребёнка, но, собравшись с мыслями, уверенно и с привычной холодной сдержанностью отвечает: