Пройдя в зрительный зал, я глазами выискиваю наши места. Молодой парень, который помогает рассаживать людей, задерживает на мне взгляд немного дольше, чем следовало бы. Я бы не стала обращать на это внимание, если бы не слабое покашливание за моей спиной, явно предназначенное для того, чтобы привлечь внимание молодого человека. Резко дернувшись, он чуть ли не подпрыгивает от испуга и виновато отводит глаза. Не трудно догадаться, что Майкл был красноречив в своем взгляде, и это вызывает у меня улыбку.
Заняв свои места, я поприветствовала пожилую женщину, сидящую по правую руку от меня. Она улыбнулась в ответ, но затем закашлялась так, будто это должно стать моей большой проблемой в этот вечер. Моё беспокойство по поводу выбранных мест усиливалось с каждой секундой. Майкл с непроницаемым взглядом сел рядом, и мне даже показалось, что уголок его губ слегка приподнялся. Представление началось через несколько минут, но женщина не переставала кашлять, что заставляло меня все больше склоняться в сторону Майкла и отодвигаться дальше от нее.
Через пятнадцать минут мне уже было трудно оставаться на месте. Женщина начала буквально задыхаться от непрерывного кашля, и я почувствовала, как капли слюны, вылетая из её рта, падают на мою руку.
— Прости, — тихо произнесла я на ухо Майклу.
Он только покачал головой и ничего не ответил.
Потратив остатки своего терпения, я, не обращая внимания на взгляды людей, сидящих рядом, встала и разместилась в проходе между рядами, прислонившись к стене. Майкл несколько секунд следил за мной, а затем подошел и, отстранив меня от стены, стал позади. Нежным движением он притянул меня к себе и обвил руками мою талию. Я чувствовала, как его тело вздымается и опускается от каждого вдоха, и как стучит его сердце.
— Стена слишком холодная, я тебя согрею, — прошептал он, наклонившись близко к моему уху, чтобы никто не услышал. Его дыхание обожгло мою шею. По телу побежали мурашки — не знаю, от чего конкретно: от прикосновения, от этих слов или просто от него самого.
Его губы приблизились к моему уху и оставили на нём нежный поцелуй. Мне всегда нравилось, как Майкл целовал меня — ни украдкой, ни коротким порывом, ни делая это по привычке. Каждый его поцелуй был нежным, глубоким и долгим, не важно, куда он меня целовал. Мне казалось, что каждое прикосновение для него было важным, что он делает это с глубоким чувством и нежностью, как будто всегда хотел большего.
— Ты такая потрясающая, — он продолжил осыпать меня поцелуями, медленно проводя носом по моим волосам, вбирая мой запах. Я чувствовала, как его сердце забилось ещё быстрее, и на мгновение мне показалось, что если бы не моя спина, сдерживающая его, оно бы вырвалось из груди и упало прямо на ковёр, расстеленный в проходе между рядами.
В этот момент он притянул меня с особой силой к себе и поцеловал в волосы своим долгим поцелуем.
— Как же ты невероятно пахнешь. Ты просто сводишь меня с ума! Я не могу теперь смотреть балет, — произнёс Майкл, и от этих слов на моем лице появилась улыбка и легкая дрожь.
Я поняла, что балет был плохой идеей. Я вообще не замечала, что происходит на сцене, ведь Майкл забрал все мое внимание. Постояв так десять минут, я повернулась к нему и задала вопрос, который, казалось, он ждал с самого начала, но воспитание и терпение не позволяли ему задать его первым.
— Давай уйдем? — прошептала я ему на ухо.
Быстро кивнув, Майкл взял меня за руку и потянул за собой. Мне было приятно, что ему не нужно было повторять несколько раз.
Как только мы вышли в холл, он посмотрел на меня взглядом, полным обожания. Если бы я знала, как выглядит любовь, возможно, это был бы тот самый взгляд.
— Поехали ко мне? — спокойно спросил Майкл, глядя на меня так, что сопротивляться было просто невозможно. Хотя, если честно, я и не собиралась. Мне не хотелось, да и не нужно было этого делать, потому что в этот момент я слишком нуждалась в нём. Здесь и сейчас. В его тепле, его прикосновениях, его успокаивающем присутствии.
— Хорошо, — ответила я почти беззвучно, чувствуя, как мои губы сами складываются в этот ответ, прежде чем я успеваю обдумать его.
Сев на заднее сиденье рядом с Майклом, я инстинктивно придвинулась ближе, словно его присутствие было жизненно необходимым. Водитель мягко тронулся, не задавая вопросов, будто всё было предопределено. Майкл привычным движением обнял меня и нежно поцеловал в висок.
— Почему ты дрожишь? — его голос звучал мягко, но взгляд был внимательным, словно он мог видеть каждую мою эмоцию.
Я и сама не знала, от чего дрожь.
— Не знаю, наверное, немного переживаю.
— О чём? — Майкл чуть крепче сжал мою руку.
Я глубоко вздохнула, не веря, что сейчас могу сказать ему то, что долго держала внутри.