– Меня учили помогать дамам в беде, пусть даже укравшим чужое белье, – кажется, кто-то сейчас засмеется. И этот кто-то точно не я.
Решила все-таки пояснить:
– Это белье Айрис.
Лицо монарха вытянулось.
– С каждой секундой становится все более интересно. Зачем тебе исподнее дочери маркиза? Или оно было здесь?
– Нет, просто вчера мы вместе были в салоне мадам Вистроу и купили одинаковые комплекты, – отозвалась я, чувствуя, что уже краснеют не просто щеки, но и лицо. Поэтому немного солгала, чтобы он не выдумал себе лишнего: – И магия фейри, что была в медальоне, принесла мне этот комплект, судя по всему решив, что он мой. Как тогда на озере вернула мне чешуйку, что ты уже успел забрать.
Сама не знаю, почему последнее предложение я сказала уже без официоза. Впрочем, вообще странно, что в случившемся диалоге я обращалась на ты. После этого мы как минимум подельники.
Максимилиан смотрел на меня изумленно.
– То есть ты купила такой же комплект, – из всего сказанного он почему-то зацепился за эту строчку.
– Другого цвета.
– И это белье сейчас на тебе?
– Ваше величество, вам не кажется, что ваш вопрос более чем неуместен?
– Как и чужое нижнее белье в твоих руках.
Туше.
– Макс, помоги, – захныкала я. – Спаси меня! Я не представляю, как вернуть это белье Айрис.
– Предлагаешь вернуть мне? – хмыкнул Максимилиан. – После такого меня заставят жениться на Айрис сразу же, без суда и следствия.
– А разве ты не этого хочешь? – невзначай уточнила я.
– Но не на условиях извращенца, – фыркнул мужчина. – У меня-то нет в оправдание загадочной магии фейри.
Что правда, то правда. Сидим, молчим. Точнее, сижу я, а он стоит, сдерживает смех. Внезапно я выдала:
– С ней ты мил.
– Хочешь, чтобы был таким же и с тобой? – спросил он, наклонившись ниже, и выдал: – Не дождешься. Давай бельё, горемычная.
Я отдала ему улики.
– Вернешь ей во время первой брачной ночи? – ехидно спросила я.
– Да, заодно упомяну, откуда он у меня – подарила Бриольская принцесса.
– Макс!
Мужчина сложил руки на груди, глядя на меня насмешливо. Я продолжала сидеть на полу, на моем платье на филейной части растекалось мокрое пятно и я думала, как сказать об этой своей второй проблеме его величеству.
– Я… у меня… в общем… – начала я мямлить и, закрыв глаза, выдала: – У меня намочился турнюр!
Открыла глаза и увидела озадаченный взгляд Максимилиана.
– На этом платье нет турнюра.
– Тогда тебе не сложно будет догадаться, где именно я намочила юбку, – рыкнула в ответ.
Вот издевается же, гад, как есть издевается! А с Айрис такой милый, заботливый, внимательный, нежный… и почему одним все, а другим – ничего?
Максимилиан пытался не засмеяться, честно пытался, но не выдержал и, запрокинув голову, начал содрогаться от смеха. До такого состояния я его еще не доводила. Прогресс на лицо. На одно монаршее, породистое лицо.
– Ты поможешь мне магией или мне придется самой справляться с этим диким конфузом? – спросила я, когда он пытался отсмеяться.
– Подожди, еще минуту… хотя нет, лучше две, – сквозь смех произносил он. – Дай мне насладиться этим чудесным моментом, когда Купава Даорг не ершистая саламандра, способная обжечь руку, а такая милая и смущенная принцесса.
Я бы запыхтела, как ежик, но воспитание не позволяло, поэтому я просто немного вытянула губы, пытаясь удержать обиду и… тоже смех. Не удержала. В итоге мы смеялись вместе. Я лишь надеялась, что нас никто не услышит, не ворвется в дверь, и не увидит меня, сидящую в луже, его величество, немного покрасневшего от смеха, и лавандовый комплект нижнего белья, принадлежащий Айрис.
– Купава, с тобой точно не соскучишься, – наконец, произнес он и подал мне руку.
Мне так хотелось до неё дотронуться, ощутить его кожу, силу мышц, но… боюсь, что тогда он точно поймет, насколько я сильно увязла в своей влюбленности. А мне не хотелось, чтобы он внезапно передумал и выбрал меня лишь из-за того, что я подхожу чуточку больше и со мной весело. Глупо, да? Но, может, у меня все же есть шанс влюбить в себя Максимилиана Раманского?
Он же этот шанс использовал…
Именно поэтому я в итоге решилась. Вложила свою ладонь, и Максимилиан помог мне подняться. Мы оказались преступно близко друг к другу.
Ручку двери кто-то тронул и почти открыл дверь, но Максимилиан среагировал быстрее – выпустил заклинание, которое удерживало шпингалет. Теперь я испуганно посмотрела на короля. Моей репутации конец! Я, Максимилиан и чужие лавандовые трусы! Мне конец!
– Что мы будем делать? – едва слышно прошептала я, и взгляд короля устремился в окно.
О боги… Но выхода нет. Я понимала, что не замерзну благодаря магии Владыки, но все-таки все это было страшно и унизительно. Максимилиан в считанные секунды решил обе мои проблемы. Во-первых, высушил платье. Во-вторых, спалил бюстье и трусики в огне, не оставив и следа. Ну вот, теперь в природе существует только один такой комплект, и он у меня. Пришла странная мысль, что если Максимилиан захочет еще раз им полюбоваться, то ему придется обращаться непосредственно ко мне.
Мысль, конечно, бредовая, но меня развеселила.
