– Что-то случилось, Купава? На тебе лица нет, драгоценность моя. Ты расстроена из-за нимф? Прости, я не думала, что информация о хранительнице столь важна для тебя. Ты хочешь с её помощью найти маму? – вдруг предположила бабуля. – Ранее я тебя просила забыть эту женщину. Мне её не понять, как и тебе, дитя моё.
Всё-таки лучше сказать…
– Мама – это и есть хранительница душ, – призналась на одном дыхании, вызвав оторопь у гномки. – Мы с Максом сами узнали всего неделю назад… когда она устроилась в РАМ, чтобы стать поближе ко мне.
– Зачем ей быть ближе к тебе? – совладав с изумлением, спросила Энштепс, хотя всё ещё имела растерянное выражение лица, словно пыталась уложить всю эту информацию в голове. – Она тебя бросила.
– Потому что не увидела во мне нужной силы, – кивнула я, опустив голову. – А теперь сила раскрылась во мне под действием чувств и эмоций, которые меня одолевали последние полгода. И теперь мама хочет, чтобы я следовала по пути хранительницы, став её помощницей.
– Что? – возмутилась бабуля и даже вскочила, расплескав остатки чая. – Да как она!.. Как смеет отбирать тебя у нас?! После всего, что сделала?! Нет, это невообразимо! Поверить не могу! Да я… мне срочно нужно с ней увидеться! Где она?
– В академии, полагаю, – отозвался Макс и постучал костяшками пальцев по подлокотнику. – Но она не станет с вами встречаться, пока сама того не пожелает. Искать с ней встречи – бессмысленно. К тому же не стоит её злить. Сейчас она нужна нам как союзник.
В этом был весь Максимилиан Раманский. И мне он за это нравился – холодный расчёт, чтобы привести людей к миру и процветанию. Бабушка понимала разумность его доводов, поэтому сжала кулак и села обратно, негодующе отставив пустую чашечку. Я понимала и разделяла её чувства, но ссориться с хранительницей душ в нашем положении – действительно не лучшее решение.
Вошёл мастер Айлок, и ужин пришлось заканчивать: Максу нужна перевязка, а затем подготовка ко сну – сейчас ему был необходим полноценный сон для лучшего восстановления организма.
Я собиралась шагнуть в смежную палату, но меня остановила бабуля:
– А ты куда? Нет-нет, дорогая, ты выздоровела. Не правда ли, мастер Айлок? Для тебя подготовлена комната в другом крыле, жилом. – И уже тише: – Вздумала спать в смежных с женихом комнатах? Вот станет мужем – и пожалуйста.
Макс прекрасно услышал бабулю и отчего-то отвёл взгляд, не став спорить с ней. А мне очень хотелось, чтобы он поспорил! Очень!
Проснулась от восхитительного аромата кофе. Красивая стеклянная кружка с ножкой и изогнутой ручкой стояла на тумбочке, почти до краёв наполненная раманским кофе со взбитыми сливками. Я блаженно потянулась и сделала первый глоток, прикрыв глаза от удовольствия. Эту картину и застала горничная.
– Доброе утро, ваше высочество! – улыбнулась девушка и хитро добавила: – Его величество лично его приготовил и принёс вам.
На щеках вспыхнул румянец.
– А где сейчас его величество?
– По утрам его всегда можно найти в тренировочном зале, но вы уже вряд ли успеете – мне велено подготовить вас к занятиям в академии. Карета уже ждёт.
Я вздохнула. Романтика романтикой, а учёбу никто не отменял. На столе лежала записка от магистра Лестри – он извещал, что Синеглазка ещё слаба, но рвётся ко мне, поэтому он оставил её в стазисе на дополнительных три дня, чтобы она не расходовала силу понапрасну.
Пришлось принять доводы зоомага. Насладившись кофе и лёгким завтраком, я позволила горничной помочь мне подготовиться – для этого было доставлено одно из моих платьев. Перед выходом я отдала девушке записку, попросив передать его величеству. Горничная ойкнула и, убежав вглубь гостевых покоев, вышла вскоре с конвертом.
– Совсем вылетело из головы! Вам ведь письмо пришло.
От папы. Вчера вечером я написала ему и не ожидала получить ответ так скоро. Решив, что ознакомиться с содержимым могу в карете, я поблагодарила девушку и поспешила вниз. Покидать Энибургский дворец было тоскливо – я даже не знала, как заживают раны короля, но если он приступил к тренировкам, следовательно, его здоровье стремительно восстанавливается.
