Этот лучший, икнув, улёгся на моих ладонях и уснул. Я вздохнула. Мы прибилизились к территории дворца, и пока не разошлись в разные комнаты, я решилась на серьёзный разговор.
– Макс, пообещай кое-что, – тихо попросила я и вздохнула. – Я хочу обучиться магии. Ты ведь тоже окончил академию за год, сдав все экзамены? Я хочу обучаться во дворце, чтобы по окончании получить диплом. Для меня это важно.
Я боялась, что он откажет. Образование для леди в нашем мире вовсе не обязательно, к тому же изначально я думала о бытовом факультете, а сейчас, год проучившись на боевом и пережив тот случай с манкорами, я однозначно хотела выучиться и суметь себя защитить в критической ситуации.
– Я позабочусь о преподавателях и, думаю, многие из РАМа согласятся преподавать… все, кроме Эверуса, – Макс прищурился. – Для зоомагии хватит королевского заповедника и Лестри.
Вспомнилось, как оборотень намекнул мне о своих чувствах, я тут же кивнула. Слишком быстро, чтобы Макс что-то не заподозрил. Но несмотря на это, распрашивать он не стал.
Мы вошли в домик и здесь…
– Бабуля? – удивилась я, увидев леди Энштепс, восседающую за столом и мирно попивающую чай.
Макс спрятал улыбку в уголках губ. Её вдовствующее величество поднялась, прочистила горло и сказала:
– В выделенном мне жилье сломался водопровод. Какой-то вандал буквально вырвал трубы.
Какой-то? Я почти уверена, что имя этого вандала начинается на «Эн» и заканчивается на «штепс».
– Только трубы? – уточнил Макс весело. – Маловат для вас масштаб.
– Не только, – горделиво заявила бабуля. – Ещё крыша протекает – дыра размером с мой кулак, а если дождь пойдёт? Я намокну, учитывая, что протечка прямо над кроватью.
– Я так понимаю, предлагать помощь в перестановке мебели не стоит? – продолжал забавляться король.
– Не смею беспокоить ваше величество, – отозвалась бабуля. – К тому же там ведь и у кровати ножка подпилена была, я как села – всё сразу сломалось. Такое уже и не передвинешь.
– Бабушка, там вообще домик остался стоять после твоего нашествия? – уточнила я, и леди Энштепс широко улыбнулась.
– Результат скажу после того, насколько быстро эльфы устранят нынешние поломки, хотя уверена, до моего сна не управятся… А я уже спать хочу. Решила разделить сегодня кровать с тобой. Как в детстве.
– Бабушка, я не ребёнок, – напомнила я.
– Если бы ты была ребёнком, я бы не стала ломать ничего в домике, – хмыкнула леди и многозначительно взглянула на короля.
Макс отчего-то улыбался. Ему весело! У нас тут в личную жизнь вмешиваются, а ему весело.
– Вы же понимаете, что через три недели она будет безраздельно моя? – уточнил Владыка.
– То через три недели, – фыркнула леди Энштепс, – а то сейчас, ваше величество.
Макс вздохнул и подошёл ко мне, наклонился ниже и… поцеловал! Прямо на глазах у леди Энштепс. Легко, невесомо, но так сладко, что я зажмурилась на мгновение.
– Спокойной ночи, Купава. – И уже бабушке: – И вам, ваше величество.
Макс ушёл в свою комнату, а бабушка почти восхищённо глядела ему вслед. Наконец пробормотала:
– Нет, ну он просто потрясающий! Где ты такого взяла? Столько наглости не было даже у твоего деда!
Я захихикала и аккуратно покачала Крепыша в ладони.
Мой Максимилиан… самый потрясающий, невероятный и любимый дракон на свете.
– Куда мы идём? – спросила у принцессы.
Мы проснулись ближе к обеду, позавтракали, а затем нас пригласили на прогулку с его величеством Ноэлем. Слуги проводили к нему в сад, и теперь мы направлялись куда-то на территории дворца.
– Терпение, ваше высочество, терпение, – откликнулся вместо дочери Ноэль.
Мы подошли к ротонде. Король эльфов приложил два пальца ко лбу, и мы последовали его примеру. Затем король прошёл к ротонде, и колючая лоза оцарапала кожу его рук. Кровь быстро впиталась, а на каждом из шести столбов вспыхнули неизвестные символы на древне-эльфийском. Сейчас все разговаривали на общенародном, который объединил Райвим ещё несколько тысяч лет назад.
Плитка на полу начала причудливо переставляться, открывая винтовую лестницу, а вокруг ротонды возникло защитное свечение.
– Вы хотели увидеть артефакт… я покажу его вам, – откликнулся король и зажёг магический светильник, первым начав спуск.
Макс пропустил Ириэль, а затем спустился сам, подав мне руку. Достаточно крутая лестница закончилась лишь минут через десять. Мы оказались в подземной комнате, стены, пол и потолок были выложены плиткой. Пахло плесенью и было неуютно из-за пустоты окружающего пространства, ведь единственное, что здесь привлекало внимание, – каменный алтарь, над которым завис артефакт в форме пятиконечной звезды.
Его насквозь пронзал луч света, а на пяти концах концентрировалась энергия, казалось сотканная из тумана – я чувствовала, насколько она мощная и непримиримая, и она…
Я осеклась. Странно.
