– Теперь я понимаю, почему Илиас согласился с отъездом своей жены вместе с королевой… если обладать такими способностями истинной связи, то и расстояния переживаются легче, – заметила я между делом.
В голове раздался смех. Я слышала его так отчётливо, словно Владыка находился рядом. Но как же хотелось его на самом деле – его объятий, поцелуев, нежного голоса. Настоящего, а не иллюзорного.
Пожалуй, постоянно находиться от него на расстоянии я всё-таки не смогу.
– Маа-акс, – мысленно позвала, – как ты?
– Своевременный вопрос после случившегося, – хмыкнул в ответ Владыка. – Я в порядке, насколько это возможно. Но магический резерв не восстановлен, поэтому смогу перенестись к тебе лишь завтра. Портальная магия слишком энергозатратна.
Он ведь, возможно, ещё не знает о том, кем я стала. Надо бы сказать…
– Макс…
– Я знаю, Купава. Илиас рассказал, но всё это – не важно. Мы соединены, и просить тебя отказаться от дарованной тебе природой силы уж точно не собираюсь. Спасибо тебе. Я действительно восхищён тобой… королева Рамании.
Я устало улыбнулась.
– Я не хочу для себя этой жизни и этой силы, – сказала тихо, уже не понимая, всё ещё мысленно или вслух. – Хочу отдохнуть, а завтра присоединюсь к папе в библиотеке, чтобы изучить книги о хранительнице. Возможно, есть лазейка, как избавиться от дара.
– Помни, что я всегда буду рядом и приму тебя любую. Ты – моё дыхание, Купава.
– Люблю тебя, Максимилиан Раманский. Отдыхай и восстанавливайся, чтобы побыстрее вернуться ко мне.
– Купавушка, проснись, – раздался настойчивый голос отца и я еле разлепила веки.
Огляделась – за окном было темно. Тело ломило, и хотелось спать, спать, спать…
– Ещё рано… так хочется спать…
– Купава, ты проспала сутки, – это уже голос бабушки.
– Сутки?! – изумилась я.
Сон как рукой сняло. Я вдруг осознала: если леди Энштепс тут, то и Владыка должен быть здесь! Иначе как бы она тут оказалась?
– Бабушка! – обрадовалась я и заглянула ей за спину, так никого и не найдя. – А где Макс?
Бабуля выглядела бодро, в роскошном платье персикового цвета, с идеальной причёской. В общем, свежа и счастлива.
– Вы на неё посмотрите, ни капли пиетета! А как же полюбопытствовать, как здоровье любимой гномьей бабушки? Сразу о муже беспокоится!
– То есть… я хотела сказать, – тут же начала подлизываться я, перехватив руку гномки, – как ты себя чувствуешь? Как здоровье? Как… и где твой любимый зять?
Бабушка расхохоталась. Я огляделась в поисках одежды, а папа остановил меня, положив широкую ладонь на моё запястье.
– Я нашёл, как можно забрать силу хранительницы.
– И как? – встрепенулась я, даже дыхание затаила.
Мне просто хотелось стать самой собой. Обычной Купавой Даорг… Точнее, уже Раманской, но не суть.
– Её может забрать твоя мать, но она станет от этого сильнее, – предупредил меня отец. – Готова пойти на это?
Я призадумалась. Хранительница станет сильнее… и что? Она тысячелетиями жила, она не хочет зла людям, только своего могущества, как и могущества природы… Я словно ощущала её любовь к лесу и хрупким человеческим душам – душам, а не телам. Я улыбнулась.
– Она и так невероятно сильна, даже если она станет в два раза сильнее – это ничего не изменит. Она всё так же останется хранительницей душ, а использовать людские артефакты для накопления энергии мы ей больше не позволим. Но… согласится ли она? – Я приуныла. – Она долго уговаривала меня стать её помощницей…
– Кхм, а вот о её согласии сейчас заботится твой… муж, – отец прищурился, а у меня на щеках вспыхнул румянец. Значит, бабушка ему уже рассказала о моём новом статусе. Родитель продолжил: – Оказывается, не так мало душ сирен… и станет больше, если хранительница не заберёт свою силу у тебя.
– Макс шантажирует её? – изумилась я.
– Сейчас они находятся где-то на диком острове в мировом море… Не знаю, до чего дойдут, но вряд ли такой, как Максимилиан Раманский, отступит.
Я улыбнулась – он и правда никогда не отступает. Теперь моё сердце было спокойно. Отец вышел, сказав собираться к завтрако-ужину. Ко мне зашла горничная и помогла подготовиться, а ещё нянюшка – она принялась рассказывать об интимной стороне жизни, при этом краснея и бледнея.
Я внимательно её слушала, задавала каверзные уточняющие вопросы, а в конце не выдержала и рассмеялась. Обняла любимую нянюшку и закружилась с ней по комнате.
– Тебе не стоит обо мне беспокоиться, родная. Однако я бы хотела, чтобы ты отправилась со мной – надо же, чтобы кто-то и моим детям объяснил важную, но закрытую для общественности сторону брака?
Я подмигнула, а нянюшка сначала вновь покраснела, затем побледнела, – её привычное состояние – а после начала благодарить.
Передумала? Ни за что!
