Я стушевалась, растерянно глядя на короля.
– Неужели вы не понимаете? Это же тьма! Она поглотит наш мир!
Мои слова не произвели на Максимилиана необходимого эффекта. Он продолжил молча взирать на меня, пока в итоге не вздохнул и не подался вперёд, опершись локтями на колени и скрестив ладони под подбородком.
– Купава, отец тебе не говорил, что есть вещи, которые мы не в силах изменить или предотвратить?
Не говорил? Да он постоянно это повторяет! Но я с этим категорически не согласна. Мы сами вершители своей судьбы, мы способны изменить многое, было бы желание. И судя по всему, ни у отца, ни у короля Рамании его нет. Я нахмурилась и сложила руки на груди, откинувшись на спинку дивана.
– Вы несправедливы. Я ведь видела, что вы были в портале, ваша сила… она выходит за рамки моего понимания. И тогда, на озере… вы спасли меня от щупалец тьмы.
– Не я, а чешуйка, – поправил он.
– Какая разница! Вы – архимаг, так почему не хотите даже попытаться что-то исправить?
Теперь Максимилиан вновь вздохнул и провёл ладонью по лицу, словно устал разговаривать с неразумным ребёнком. Это обижало.
– Ты знаешь, как появляется тьма?
– Ёрик… то есть фейри, выяснил, что это происходит из-за столкновения миров, и если их вовремя не отодвинуть, то может произойти катастрофа. Например, как с драконами – они просто исчезли, ушли.
– Ушли, – кивнул Максимилиан. – Не по собственной воле, а чтобы восстановить баланс силы и отодвинуть миры. Ты понимаешь, почему миры сближаются? – Его величество сделал несколько пассов руками и в воздухе возникли три иллюзорных шарика – синий, жёлтый и фиолетовый, расположенных на одинаковом расстоянии друг от друга. – Представим, что это – миры. У каждого есть своё место в мироздании, и они удерживаются на этом месте за счёт магии – особых волн между мирами, магия отталкивает миры друг от друга и защищает каждый от тьмы вокруг. Но иногда, – Макс дотронулся до синего шарика, и по нему пошла рябь, а потом он и вовсе сдвинулся, – иногда в определённом мире происходит дисбаланс магии. Возможно, что излишки магии перестали находить пространство для всплеска, родилось слишком много магов с внутренним источником или резервы возросли – например, сейчас количество людей, населяющих наш мир, с момента ухода драконов увеличилось в два раза. И количество магов, соответственно, тоже. Внутренней магии стало слишком много, она начала конфликтовать с внешней, что удерживала наш мир на своём месте. И теперь мир покатился в сторону других и соприкоснулся с одним из тех, где магии намного меньше, – теперь синий дотронулся до жёлтого и между ними начали образовываться трещины, – так поддерживается баланс. Но из-за трещин между мирами внутрь проникает тьма.
– И эта тьма хочет поглотить сильнейшую магию?
– Пока, судя по всему, она нацелена на фейри.
– И вы не собираетесь им помогать?
Вопрос Максимилиан посчитал риторическим. Минут десять мы ехали в тишине. Я всё пыталась осознать, что информация, которую я добывала с таким трудом, опуская Призмы на дно озера, была уже кое-кому давно известна. Интересно, и насколько велик этот круг знатоков?
– Почему об этом не говорится в учебниках или в научных трудах?
Максимилиан перевёл на меня усталый взгляд, видимо, расстроенный, что я до сих пор не отпустила эту тему, и всё-таки ответил:
– В учебниках – потому что паника никому не нужна, а в научных трудах… говорят, но в закрытом доступе. В очень закрытом. Буквально для правителей и приближённых, сильнейших мира сего.
– Отец тоже знает?
– Наверняка, – пожал плечами Максимилиан и откинулся на спинку дивана. – Так что не лезь в это дело, Купава. Это всё намного сложнее, чем ты думаешь, и настолько неизбежно, что…
– То есть фейри придётся перейти в другой мир, чтобы сохранить наш?
– Или им, или кому-нибудь другому. Иначе тьма поглотит их, тогда баланс восстановится, миры оттолкнутся друг от друга.
– Почему отец не прикажет им уходить в другой мир? – в отчаянии спросила я.
Максимилиан усмехнулся и внимательно посмотрел на меня. Я же осознала…
– Он хочет пользоваться их пыльцой, увеличивая своё богатство, пока это возможно, – пробормотала я, порадовавшись, что испуганный Крепыш спит. – Но это неправильно!
– Никто не может его винить. Он думает о своём народе. Бриоль – маленький, без должной поддержки ему не выстоять, когда он потеряет своё магическое преимущество. А богатства, скопленные за тысячи лет, прельщают очень многих.
– И вас? – насупившись, уточнила я.
– Я похож на того, кому интересны золото и артефакты твоего отца? – оскорблённо вздёрнул бровь Максимилиан.
– Но вы так уговариваете меня на брак с вами… Мотив отца понятен, но ваш… Другой причины не вижу.
Владыка Малоземья посмотрел на меня внимательно, даже собирался что-то ответить, но передумал, отвернувшись к окошку. Мне тяжело было признать и тем более принять позицию отца. Он хочет продать меня замуж повыгоднее, но ради своего народа. Он пользуется фейри, но… опять ради своего народа. Оказывается, справедливость намного более сложное понятие, чем я думала прежде.
– Что же тогда делать?
