И Вивьен осознала, что находилась здесь. В неизвестности. В тревожном ожидании того, раскопает ли она что-то полезное в ноутбуке пропавшей сестры, когда Максу в соседней квартире наконец удастся взломать систему. А пока… она не могла сделать ничего. Ничего, чтобы перестать терзать себя виной от собственной беспомощности.
– Куда? – обернулась она на голос, и пальцы крепче обхватили едва теплые стенки кружки.
Миллс смотрел в окно, сунув руки в карманы брюк.
– Поеду все-таки к Чемберсу.
– Почему сейчас?
– Сегодня пятница. Впереди уик-энд перед Рождеством. Многие разъедутся. Он еще должен быть на работе.
Ви понимала, что Джаред прав: не стоило попусту терять время. Но, вопреки разуму, в душе скребло нежелание оставаться одной и бессильно ждать.
– Это надолго?
– Не знаю, как получится, – честно ответил он, пожав плечами.
Потупив взгляд, Вивьен тихонько вздохнула и опустила кружку на подоконник. Она смотрела на нашедший там место новый горшочек с комнатным растением, и рука потянулась к прилагающейся записке, которую прочла уже десяток раз. На белоснежном листе выделялась надпись, выполненная от руки четким, строгим почерком:
Знаешь, почему я не дарю тебе обычные букеты?
В них помещают мертвые цветы. Они быстро вянут и гниют, как бы ты о них ни заботилась.
Зачем живым людям мертвые цветы, верно?
Уверен, ты сможешь позаботиться об этом скромном бальзамине. Он – как мои чувства к тебе. Неприхотливы. Нуждаются всего лишь в тепле и свете, которые ты, милая, сможешь дать, как никто другой.
С нетерпением жду нашей встречи!
Вернув записку на место, Вивьен трепетно коснулась коралловых лепестков.
– Тебе не кажется это странным?
Наблюдающий за ее действиями Миллс нахмурился:
– Что именно?
– Эта записка. Цветы от непонятно кого, ждавшего встречи… Ну, может, это романтично, конечно… Но в то же время странно. Не думаешь?
В романтике Джаред совершенно не смыслил, поэтому мог лишь согласиться:
– Да, это довольно странно.
– Что, если отправитель – тот, с кем она встречалась в парке? Вдруг об этой встрече шла речь?
– Возможно. Поэтому нужно проверить Чемберса.
Вивьен понимающе кивнула, задумчиво поджав губы. Миллс хотел развернуться, чтобы уйти, но затормозил, почувствовав ее теплые ладони на своей груди.
– Джей… – Она подняла робкий взгляд. – Можно мне с тобой?
Ви едва касалась рубашки, но ощущалось так, словно ее руки способны прожечь дыры в грудной клетке и сжать его скачущее сердце, пока то не остановится.
– Не думаю, что это хорошая идея, – выдохнул Миллс, вспомнив прошлую попытку «допроса» свидетеля в ее присутствии. Словно прочитав его мысли, Вивьен виновато поморщилась:
– Я не буду мешать, честно. Молча постою рядом, хорошо?
– Ви, лучше кому-то из нас быть тут, когда Макс войдет в систему. К тому же я планировал заехать домой, переодеться, – все еще пытался отмахнуться Джаред.
– Я подожду в машине. Не буду лезть не в свое дело, обещаю. Я просто не могу тут сидеть и сходить с ума. А Макс сказал, что процесс займет кучу времени…
Устало прикрыв глаза, Джаред понял, что вновь не может ей сопротивляться. Тонкие пальцы нервно сминали ткань его рубашки, и он был готов сказать что угодно, лишь бы она перестала.
– Ладно, – сквозь зубы согласился он. – Только обещай, что будешь делать, как я говорю. Чтобы не было как с Мороном.
– Обещаю, – охотно закивала Вивьен. – У Макса есть мой номер, если что, он тут же позвонит.
В здании на Шестнадцатой авеню Юг, где работал Чемберс, двое вышли из лифта на шестом этаже и оказались в юридическом отделе «ST Logistics». Монотонное постукивание десятков пальцев по клавиатурам, потрескивание потолочных вентиляторов и приглушенный гул наполняли помещение, разделенное невысокими перегородками между рабочими столами в офисе открытого типа. Все помещение было выполнено в сочетании белого и светло-серого. Настолько блекло, что каждая минута пребывания в ловушке этих стен нагнетала тоску.
– Ты видишь его? – тихо спросил Миллс.
– Нет, эти долбаные перегородки… Что теперь? – шепнула Вивьен. – Мы же не будем расхаживать между столами, пока не наткнемся на Чемберса?
Джаред задумчиво нахмурился, в мыслях прикидывая варианты, и Вивьен, пользуясь паузой, предложила:
– Не люблю юристов, но могу подойти к кому-нибудь и спросить…
– Дерзай, – неожиданно согласился Миллс, пожав плечами. Он не мог отрицать, что женское обаяние облегчает задачу в общении с другими людьми.
Натянув приветливую улыбку, Вивьен подошла к первому же сотруднику, сидящему с краю. Опершись рукой о пластиковую перегородку, она слегка постучала, чтобы привлечь внимание молодого парня в бледно-желтой рубашке, застегнутой на все пуговицы.
