Юная целительница сделала вид, что не услышала замечания, и просто опустила глаза. Она вслед за серой Сумрачной прошла за Скалу, туда, где скрывался вход в нору Молнезвёзда, но предводитель уже сидел на пятачке перед отверстием и вылизывался. Он вопросительно посмотрел на кошек. Мышеуска села и знаком указала Цветинке последовать её примеру.
— Мы пришли, потому что Цветинка увидела кое-что, — без обиняков начала целительница и кивнула своей ученице.
Цветинка вдохнула поглубже и снова рассказала своё видение. Во второй раз сделать это было гораздо легче, образы были уже не такими яркими в памяти, так что она управилась за пару минут и с надеждой посмотрела на отца. Может, он объяснит, что всё это значит? Но Молнезвёзд покачал головой.
— Простите, но у меня нет никаких предположений насчёт этого. Тьма… наверное, это о какой-то опасности. Я прикажу Осеннецветик усилить охрану границ.
— А золотая кошка? — с растущим отчаянием спросила Цветинка. — Ты не знаешь, есть кто-то особенный у нас в племени?
— Не золотая, а золотистая. И, может, даже и не кошка. Прости, Цветинка, но я совершенно не знаю, кто бы это мог быть, — проговорил предводитель, но кошечка успела заметить странный промельк в его взгляде. Она вздохнула. Мышеуска, что всё это время молча слушала, кивнула и привстала.
— Значит, никто ничего не знает. Молнезвёзд, как целительница я прошу тебя принять какие-нибудь меры.
— Обязательно, — кивнул кот. Цветинка смотрела на свои лапы. Да, отец много чего обещает, но не всегда делает это.
— Хорошо. Цветинка, пойдём. Молнезвёзд, до свидания, — Мышеуска первой выбралась обратно на поляну, а трёхцветная кошечка, помешкав, сделала то же самое.
«Почему папа такой странный? Как будто он что-то знает, но не хочет говорить. И мама наигранная какая-то, не по-настоящему весёлая. Что не так? Почему так сложно разобраться? — подумала она, заметив промельк шерсти Сизокрылой у детской. — Взрослые иногда очень странные. Кроме Крылатого. Он хороший».
— Итак, мы имеем целое ничего, поздравляю, — хмыкнула Сумрачная и вновь села. — Сама что думаешь?
— Не знаю, — сказала Цветинка: её мысли были далеко отсюда. «Я не понимаю, что не так с моими родителями. Неужели нельзя быть нормальными? Как Крылатый, или там Ночница, или даже Волколап! Мне иногда кажется, что у него больше ума, чем у взрослых».
— Молнезвёзд точно ничего не говорил вам раньше?
— Нет, совсем ничего. Наверное, он и сам не знает.
— Знаешь, что говорят в племени Теней оруженосцам? — вдруг обратилась к ней Мышеуска, и Цветинка подняла глаза на наставницу — чужую, непонятную кошку сейчас и вообще.
— Что?
Мышеуска посмотрела на неё спокойно и внимательно, но Цветинке стало неуютно под этим взором холодных жёлтых глаз.
— Ни в чём и ни в ком нельзя быть уверенным до конца, — проговорила та и отвела взгляд. — Даже тем, кого мы давно знаем, доверять полностью нельзя.
«Но я не согласна, — подумала Цветинка, провожая взглядом уходящую прочь наставницу и чувствуя, как изнутри поднимается волна протеста. — Отец не может быть обманщиком, он не может, не должен. Он заботится о нас».
Она задержала взгляд на родной палевой шерсти с пятнами, что виднелась на другом конце поляны.
«И потом, разве мне нельзя доверять… даже Крылатому?»
***
К вечеру Цветинка поняла, что не может больше сдерживаться. Она запуталась — в себе, в родителях, в мыслях. Да ещё и это странное видение… Всё навалилось слишком резко, но только сейчас, когда солнце зашло, а Мышеуска, точно по расписанию, уснула, кошечка смогла остановиться и подумать. Но она не могла. Ей было необходимо кому-то рассказать. Нужен кто-то, кто сможет поддержать её, и она знала такого кота.
— К-крылатый… можно с тобой поговорить? — смущённо спросила она, улучив момент. Кот посмотрел на неё сверху вниз немного недоумённо. Ну ещё бы — они почти не разговаривали с тех пор, как… Но потом он кивнул, и сердце ухнуло вниз, куда-то в лапы.
— Конечно. Только давай отойдём в сторонку.
— Я… — начала кошечка, как только они остались одни у кустов, но замолчала. Ей не хватало слов. Рядом с Крылатым, наедине с ним после всего, что было, она чувствовала себя жутко неудобно, но сердце билось сильно-сильно от его близости. Он почти касался её шерсти своей, а его голубые глаза в свете звёзд сияли, и Цветинка не могла не признать, что ей очень хочется прижаться к его тёплому боку и вновь ощутить сладостное покалывание в подушечках лап. Но она осталась на месте.
— Слушай, ты не бойся, я тоже немного запутался… — мягко проговорил он, отводя взгляд. — Весь этот переход в целительницы, стресс и всё такое. Слишком резко всё произошло. Может быть, мы поторопились? Как думаешь?
— Не знаю… — тихо пролепетала ученица, с трудом перестав смотреть на залитую звёздным светом фигуру Крылатого. — Может быть.
— Я думаю, нам стоит подумать хорошенько обо всём. Потом и решим. Да? — кот вновь повернулся к ней, и Цветинка шкурой ощутила безумную надежду внутри кота. Она слегка улыбнулась, стараясь, чтобы этого не заметил Крылатый, но тут спохватилась.