Совсем близко были следы его племени, в частности этого отряда и рассветного (а сегодня даже предрассветного) патруля. Чуть слабее ощущались те ароматы, которые Крылатый обычно не замечал, но сейчас почувствовал достаточно ясно: ветер с озера, тёплый и влажный; пахучая трава и одуванчики; сырой, тяжёлый дух камня и мха на нём. И лишь среди всего этого странного клубка, если хорошенько сконцентрироваться, можно было различить отдалённый, совсем слабый чужой запашок.
Кот первым заметил его и отдалился от меток на несколько шагов. Кажется, запах вёл прочь от границы, куда-то в сторону виднеющейся вдали рощи, но Крылатый даже не был точно уверен. Он совсем позабыл о спутниках и прошёл ещё пару лисьих хвостов, но Морошка, Завитой и Солнцелап нагнали его. Теперь и они почувствовали что-то, по крайней мере, Завитой: он оживился и принялся с небывалым усердием нюхать землю.
— Думаете, нам нужно идти туда? — спросила Морошка, указывая на деревья. Крылатый вдруг вспомнил патруль Осеннецветик. Да, точно, Пухолап тогда зачем-то хотел проверить рощу. Что, если именно там скрываются неуловимые бродяги? Крылатый чуть не пустился бегом. Его так и тянуло проверить опасный район. Теперь, когда он уже был здесь, тревоги отступили и позволили ему вздохнуть спокойно, а азарт, что был в начале пути, набрал силу. Кот даже удивился своим чувствам. Он не привык к спонтанности, старался никогда не срываться, действовать точно по плану, особенно в таких делах, но сейчас он ощущал непривычную свободу и возбуждение, словно у него отросли крылья. Он кивнул в ответ рыжей и позволил ей пойти первой, более того, отошёл в конец.
«Так, нельзя забываться. Главное — безопасность. Успокойся и прекрати вести себя, как котёнок», — строго сказал он сам себе, и воодушевление немного упало, но продолжало толкать вперёд. Следующим открытием стал старый лисий запах на этой тропе, что только укрепило Крылатого в его предположениях. Он был почти полностью уверен, что лисы и бродяги — одно целое.
Дорога, несмотря на дальность, оказалась удивительно недолгой, а петляющие запахи приходилось распутывать всем вместе. Солнцелап оказался действительно полезен в этом — в первый раз, когда след вдруг оборвался и запетлял, оруженосец вместе со своим старшим братом смогли найти продолжение. Так и пошло: стоило нечёткому запаху оборваться или исчезнуть, эти двое первыми шли проверять, а Крылатый и Морошка помогали, заодно наблюдая, чтобы к ним никто не подкрался.
Теперь вонь усилилась, и на подступах к рощице лисьи следы, пусть и старые, почти перекрыли и без того неуловимую вонь бродяг. Они сплетались воедино, образуя слабый, но отчётливый запах, от которого по телу пробежали мурашки. Следы наслаивались, петляли и, войдя в угрожающую тень дубов, коты окончательно потеряли чувство направления. Тут даже чутьё Солнцелапа и Завитого подвело. Крылатый попытался было сам разгадать хитросплетение запахов, но эта вонь дурманила разум, и он лишь попетлял по поляне, но не продвинулся вперёд ни на шаг.
— Кажется, всё-таки наши лисы — это бродяги, — пробормотал Завитой, но ответом ему стало молчание. Крылатый растерял возбуждение по пути. Что-то тревожило его, волновало душу и заставляло сердце биться сильнее, нечто вроде плохого предчувствия, что он испытывал уже не раз до этого. Кот попытался снова сосредоточиться, и это у него почти получилось — остался только слабый отголосок неясного страха.
— Не пойму, куда всё это ведёт, — отчего-то тихо сказал он. Отряд медленно углублялся в чащу, как оказалось, довольно немаленькой рощицы, и это ему не нравилось. — Может, хватит и этого?
— Да ладно, вдруг мы прямо сейчас наткнёмся на лагерь врагов? — Морошка говорила живо, но за этим чувствовалась фальшь. Она тоже — даже она — беспокоилась.
Они шаг за шагом двигались вперёд в попытках отыскать правильное направление, даже не зная, существует ли оно на самом деле. Уже закрадывались сомнения. Деревья сомкнулись за спиной, не давали свободно дышать, и от этого становилось ещё хуже. Стволы, огромные деревянные лапы обступали со всех сторон, а широкое любимое небо скрылось за листвой. Здесь были звуки, которые не давали сосредоточиться, запахи, которые воин не мог понять, и множество предметов, в которые он бы врезался, не будь он котом.
А потом Крылатый заметил, что Солнцелапа с ними нет.
Он резко вскинул голову, пытаясь отыскать взглядом оруженосца, но его не было рядом. Запах всё ещё витал в воздухе, но бледно-золотистой шкурки, которая так и норовила затеряться в стволах, нигде не было видно. Крылатый судорожно впился когтями в землю, пытаясь успокоить бушующую тревогу — она переходила в панику.
— Солнцелап? — Морошка тоже заметила отсутствие котика. — Солнцелап! Быстро сюда!
Крылатый правда надеялся, что сейчас Солнцелап выскочит из-за кустов, и они смогут отчитать его за внезапный побег, но секунды шли, а того всё не было. Тут он заметил, что и Завитой крадётся в сторону, и безумная тревога подхлестнула его.
— Стой! — кот подскочил к брату. — Куда ты?