А сам сосредоточился и начал распутывать «плетения», сматывая их нити в этакий «клубок». Сначала я чувствовал их сопротивление, но потом у меня стало получаться всё лучше и лучше. «Клубок» рос в объёме, а «нити» постепенно исчезали со статуи, и тут стало ясно, что держалась она только на этих древних заклятьях. Освобождённые от «плетений» участки начали осыпаться серо-жёлтым песком. А я продолжал медленно сматывать «клубок», повторяя про себя, что отпускаю мага, что его искупление закончилось.
Наконец, мне удалось распутать последнее плетение. Я поднял руки вверх, сжав в них «клубок» и крикнул:
- Прощай! Душа твоя свободна! Я отпускаю тебя, как и обещал!
Клубок побелел и словно впитался в мои ладони. Но я не успел этому удивиться, потому что ощутил ответ мага.
Ответом был мысленный долгий облегчённый вздох. А потом я ощутил тёплую волну счастья и благодарности, исходившую от статуи.
«Благодарю тебя, Слышащий! Прими же мой последний дар! Он не причинит тебе зла, ибо всё, что в нём было злого, давно развеяно временем. Но в нём осталась частичка моей Силы… Пользуйся ею с умом – это поможет тебе…»
«Дар? – удивился я. – О чём ты?»
«Прощай! – было мне ответом. – Я рад, что мы встретились, Слышащий!»
И тут чёткие контуры статуи стали оплывать, растворяться… так тает в нежданную зимнюю оттепель ледяная скульптура. Сначала это было медленно и почти незаметно, но потом «растворение» ускорилось. Статуя словно стекала вниз, рассыпаясь сухим серым песком, больше похожим на пепел. Этот пепел, гонимый невесть откуда взявшимся ветром, стал превращаться в небольших серебристо-серых бабочек, которые тут же взмывали ещё выше, растворяясь в ослепительно- безоблачном небе. Время, казалось, замерло, а бабочки всё летели, летели…
Наконец всё кончилось – резко и сразу. От статуи не осталось и следа, а на траву с глухим стуком упал какой-то длинный предмет. Любопытные Эрил и Нирка тут же подошли поближе, я тоже сделал шаг вперёд. На траве лежал посох. Только вот выглядел он весьма своеобразно.
Посох был сделан из желтовато-белых, отполированных костей, покрытых сложным руническим узором. В навершии его кровавым пятном сверкал огромный рубин. Что это? Последний дар мага? А, похоже, что хозяин его был кем-то вроде некроманта, но такая карьера меня совершенно не привлекает. Ничего себе подарочек… Нет-нет, я ни к чему подобному не прикоснусь даже щипцами… Ни за что…
И тут, словно услышав мои мысли, посох начал меняться. Кость сменилась отполированным деревом приятного, желтовато-янтарного цвета, посох слабо заблестел, словно его натёрли маслом, руны изменили свои начертания, по посоху пробежала искусная резьба, изображавшая листья растений, цветы и гроздья каких-то ягод… А рубин в навершии немного уменьшился и превратился в гладко отполированный изумруд. По-моему, такая обработка камня называлась кабошон, так обрабатывали камни в Средние века, пока не научились гранить, но лично мне камень в таком виде понравился куда больше – словно огромная зелёно-голубоватая капля опустилась на поверхность посоха. Всё отвращение, которое я питал к этой вещи, немедленно исчезло, захотелось его взять в руки, рассмотреть.
- Ничего себе! - поражённо воскликнул Эрил. – Костя, а ведь маг оставил это тебе! Чувствуешь?
- Чувствую, - ответил я. – Меня к нему просто тянет.
- Немудрено, - вмешалась Нирка. – Посох Смерти превратился в Посох Жизни, а Слышащие всегда служили самой жизни… Ты можешь брать этот дар без опаски, Костя. Тебе он будет полезен.
Я кивнул, наклонился и взял посох в руки. Ощущение тепла обдало меня, было такое чувство, что ко мне ласкается брошенный щенок, который наконец-то отыскал долгожданного хозяина. Я взмахнул посохом, и вокруг нас закружились огромные бабочки, на сей раз – разноцветные. Нирка захлопала в ладоши, а Эрил смотрел на меня и улыбался. А меня пронизывало странное ощущение цельности и завершённости…
Неожиданно за нашими спинами раздался топот верховых вамми. Эрил тут же обернулся, на ходу хватая с земли камень, Нирка выхватила нож, а я машинально выставил посох…
========== Глава 19. Погоня ==========
Неожиданно за нашими спинами раздался топот верховых вамми. Эрил тут же обернулся, на ходу хватая с земли камень, Нирка выхватила нож, а я машинально выставил посох…
И тут же мы все нарвались на насмешливую фразу:
- Салюты они из бабочек пускают! Я тут, понимаешь, ночь не сплю, скотинку ихнюю по степи отлавливаю, гоню в нужном направлении, а они тут фокусы фокусничать изволят. Эй, ваша княжеская светлость, может, оденешься? А то без штанов удирать верхом несподручно – натрёшь себе всё, что можно…
- Фелька! – радостно завопили мы хором.
И это в самом деле был Фелька, который умудрился каким-то образом отыскать в степи наших вамми, более того, он гнал их всю ночь следом за статуей… С ума сойти, со стороны маленького фарта это был подвиг куда более героический, чем то, что сделал я. Хотя… маленького?
