Похоже, что-то подобное ощущали и Эрил с Ниркой, они оба молчали, даже не пытаясь вступить в разговор и просто молча ехали вперёд по тропинке. Даже неугомонный Фелька тихонько трусил сбоку, время от времени исчезая в переплетениях чёрных стволов и появляясь вновь. Постепенно странная атмосфера этого места стала действовать на меня. Мне всё больше и больше было жаль этот, несомненно, когда-то прекрасный, а теперь обречённый на гибель лес. Кроме того, меня беспокоило и то, что нам придётся здесь заночевать, а ни накормить, ни напоить вамми здесь явно было нечем. Да и ночёвка среди этих покорёженных стволов меня немного напрягала. Сейчас день. А вот что здесь может повылезти ночью?
Но даже в этой мешанине мыслей и чувств жалость к лесу преобладала.
Нашим вамми тоже не нравилось это непонятное место. Поэтому они, несмотря на усталость, трусили друг за другом по тропинке, уныло склонив рогатые головы и явно не надеясь на отдых.
- Фелька! – окликнул я фарта. – Ты знаешь, сколько нам ещё идти через этот лес?
- Заночевать всё равно придётся, - отозвался фарт. – Хотя бы один раз.
- Я слышал, - вмешался Эрил, - что хотя Проклятые земли занимают совсем небольшую территорию, люди, попавшие сюда могут блуждать долго… Очень долго… Здесь пространство и время не таковы, как в обычном мире.
- Понятно, - протянул я, - значит, ночёвка – непременное условие? А то я смотрю – уже темнеет, хотя вроде бы и не так поздно…
- Я же говорю, - вздохнул Эрил, - здесь время течёт по-другому.
- Знаешь, - сказал я, - мне так жаль этот лес… Если бы я мог как-то помочь ему… Лес не злой, я это чувствую…
- Не злой? – переспросил Эрил. – Да ты просто не знаешь, какие ужасы рассказывали те, кому удалось вырваться из Проклятых земель!
- Ага, - заметил я, - значит, кому-то всё же удавалось вырваться?
- Такие случаи редки, - ответил Эрил. – Мало кто решается заходить… сюда по собственной воле. А те, кому удалось вернуться, рассказывали невероятные вещи о жутких чудовищах и страшном зле, они выглядели совершенно сумасшедшими, и ни один рассказ не совпадал с другим…
- Жуть какая… - серьёзно высказался я. – Ещё немного и я просто описаюсь.
- Не надо шутить, - вздохнул Эрил. – Ты даже не представляешь, что мы можем тут встретить…
- Как и вы с Ниркой, - отрезал я. – Хотел бы я знать, за что эти земли получили Проклятие… И как его снять.
Эрил покачал головой.
- Это было слишком давно. Никто не знает.
- Смотрите! – неожиданно рядом с нами возник вернувшийся Фелька. – Там какое-то жильё!
Мы посмотрели вбок и увидели, что там действительно виднеется что-то вроде поляны, густо заросшей местной травой. А в середине этой поляны стояла хижина, сложенная из дикого камня, с одним окошком и давно выбитой дверью. Крыша хижины была покрыта ровно пригнанными друг к другу обломками песчаниковых плит, и вообще, чувствовалось, что этот домик строили с желанием… и надолго. Только вот долгой жизни не получилось.
Рядом с хижиной была поставлена коновязь – даже сейчас выглядевшая на диво прочной, и виднелся каменный колодец, прикрытый замшелой крышкой.
Я прекрасно понимал, что идти осматривать эту хижину – не самая хорошая идея, но что-то вдруг потянуло меня туда с непреодолимой силой, а камень в навершии моего посоха начал слабо светиться.
- Нам нужно войти туда… Нужно посмотреть… - сказал я своим спутникам.
- Зачем? – осторожно переспросил Эрил. – В таких заброшенный домах может таиться древнее зло.
- Здесь везде может таиться древнее зло, - ответил я. – Но мне нужно посмотреть… Я это чувствую.
Эрил вздохнул и направил вамми к хижине. Нирка последовала за ним, не протестуя, только добавила:
- Мне кажется, что эту хижину помогал строить кто-то из Подземного Народа. Они умели разговаривать с камнями…
Я присмотрелся и понял, что имела в виду Нирка. Валуны, из которых была выстроена хижина, были подогнаны друг к другу с изумительной точностью, и кладка до сих пор выглядела прочной. То же самое с крышей – кто сумел с таким искусством сложить вместе плиты песчаника? Похоже, что тут потрудилась некая магия… И магия нечеловеческая. Интересно. Очень интересно.
Мы спешились и привязали вамми к древней коновязи. Точнее, здесь её правильнее было бы называть ваммивязь… но я по привычке мысленно употребил слово из родного мира.
Рогатые лошадки вели себя спокойно, но всё равно были насторожены. Они просто замерли у коновязи, стараясь не привлекать к себе излишнего внимания.
Мы же двинулись к двери. Эрил уже хотел переступить порог, но я неожиданно для самого себя вспомнил старый обычай, что первой в дом пускают кошку, и сказал фарту:
- Зайди в дом, Фелька, осмотрись, что там…
Фелька кивнул и тихонечко проскользнул в дом через выбитую дверь. На некоторое время наступила тишина, которую вдруг прервала целая охапка мысленных ругательств.
«Фель, ты чего?» - поразился я.
«Да тут такое… Зайдите… То есть нет, просто так не заходите… Нужно попросить хозяев… Они здесь…»
После этого "здесь" мне стало совсем уж жутко, но я бесстрашно подошёл к двери, поклонился и сказал:
