Первый импульс — конечно же, согласиться. В Дана я влюблена и к тому же совсем не умею отказывать.
Снова жмурюсь. Господи, как же сложно слышать себя. Слышать себя — значит делать прямо противоположное тому, что я делала всю свою жизнь.
— Извини, но сегодня не получится. Мне нужно время, чтобы собраться с мыслями. Буду рада поговорить, но в другой день.
— Хорошо, — отвечает Дан после паузы. — Тогда позвони мне сама, как почувствуешь силы и желание.
Я обещаю, что так и сделаю, после чего мы прощаемся. От бурного тока крови вибрируют предплечья, гулко молотит сердце. Земля не разверзлась, меня не ударило молнией, и Дан не нагрубил и не бросил трубку после того, как я ему отказала. Теперь бы ещё не мучиться чувством вины.
— Чёрт, ну куда они запропастились, а-а-а? — расстроенно хнычет Василина, стоя на четвереньках возле развороченного стеллажа. — Точно же помню, что тут лежали. Вот куда я в новую жизнь без своих любимых туфель?
— Может быть, они в квартире у твоих родителей? — предполагаю я, подбирая с пола её свитер и по привычке аккуратно его складывая. — Вспомни, может, Миле давала поносить?
— На лапищу Милы они не налезут. Может быть, когда-то в «Родене» оставила.
С тяжёлым вздохом Вася встаёт с пола и пинает забитую одеждой сумку, очевидно, чтобы выместить на ней своё расстройство пропажей. Я тоже вздыхаю, но уже по другому поводу. Василина почти закончила паковать свои вещи, а это значит, что скоро она насовсем съедет из нашей квартиры и я останусь одна. И пусть я вот уже месяц готовлю себя к тому, что это произойдёт, сейчас всё равно грустно. Словно важный отрезок жизни подошёл к концу, а дальше ждёт неизвестность.
Несмотря на то, что большую часть нашего совместного проживания убираться и готовить приходилось за двоих, с соседством Васи у меня связаны очень тёплые воспоминания: совместные завтраки с обсуждениями планов на день и вечерние просмотры фильмов, перебиваемые шутками и сплетнями.
— Мы ведь по-прежнему будем видеться, да? — спрашиваю я, глядя, как она устало плюхается на диван.
— Ну конечно, Тань, — фыркает Василина в своей излюбленной манере. — Я же не в другую страну уезжаю. Будем на завтраки с тобой встречаться и по магазинам вместе ходить. Главное, не вздумай снова засесть дома, как раньше.
В этот момент вдруг становится жаль, что мы не проводили вместе так много времени, как могли бы. Я действительно могла бы поменьше сидеть в своей комнате выбираться куда-нибудь с Васей и Милой и не отказываться от прогулок по магазинам. Жаль, что время не повернуть вспять и изменить ничего нельзя. Хорошее напоминание о том, что жить нужно здесь и сейчас, потому что завтра обстоятельства могут навсегда измениться.
— Ты сегодня ещё со мной ночуешь ведь? — ласково уточняю я.
Василина делает трагичный взмах рукой.
— Да, надо в ванной кучу косметики собрать. Завтра Карим бригаду вызовет и они всё отсюда вывезут. А ты? — кивает она на рюкзак, висящий у меня на плече. — Куда собралась?
— Записалась в спортзал. Точнее, на пилатес.
— Ого! — Брови Василины взлетают вверх в неподдельном удивлении. — Вот это ты умница! Я уже столько времени собираюсь, и каждый раз становится так лень.
Неделю назад я и сама не предполагала, что решусь заняться спортом, так как со школы привыкла думать, что физические нагрузки — это не моё. Но всё меняется. Пять дней, потраченные на переосмысление своей жизни, привели меня к необходимости её разнообразить. И не только привычными выставками и походами на кинопремьеры, а тем, что внесёт лепту в раскрытие меня как женщины. Отражение в зеркале мне стало нравиться, но я не хочу останавливаться на достигнутом, чтобы точно не вернуться к старому образу жизни. Пилатес, плавание, новые места для завтраков, первая в жизни фотосессия с профессиональным фотографом — всё это входит в мои планы.
Это мамин пример заставил меня поспешить. Стало вдруг страшно очнуться в один день и понять, что половина жизни прошла, а я так и не узнала, кто я есть, и не успела стать счастливой.
— Может быть, соберёшься со мной? — предлагаю, подумав. — Будет повод почаще встречаться. Зал находится недалеко отсюда. Всего одна станция на метро.
— А такой ты мне нравишься, Танюша, — тянет Василина, с любопытством оглядывая меня с ног до головы. — Такая решительная, вдохновлённая. Может, и правда с тобой пойти, а? — Она корчит жалобную гримасу. — А то Исхаков кормит меня как на убой. Скоро задница ни в одни джинсы не влезет. Ладно, ещё немного подумаю и,может, соберусь.
— Ну я пойду, — улыбаюсь я, наблюдая за сменой Васиных настроений. — Вернусь часа через два и расскажу, как прошло.
— Да, точно, расскажи, — догоняет меня в прихожей её голос, прерываемый зевком. — А то вдруг тебе не понравится. Чего я заранее буду дёргаться?
************
