Вопрос звучит скорее уточняюще, чем осуждающе. Рамлоу бросает въедливый взгляд через плечо, вертя поднятую с пола рамку между ладонями двух рук. Стекло в ней треснуло из угла в угол. Она выглядит хлипкой, и кажется, что стоит сдавить по сильнее, рассыплется окончательно.
— «Правда или действие», — подтверждаю слова, медленно поднимаясь в постели.
Придвигаюсь ближе, застывая за его плечом, разглядывая фотокарточку в руках Рамлоу. Барсук{?}[«Brock» — варианты перевода: барсук] Рамлоу… Умный, осторожный, ночной зверь… Матёрый убийца обсуждающий другого убийцу. Кажется, он собирается устроить охоту. От этого по спине бегут мурашки.
— «Правда или действие», — задумчиво повторяет Брок, затем вскидывает голову, словно изучая воздух в спальне, — и все свои действия он оправдывает тем, что ты лжешь? — злая хищная улыбка внезапно озаряет острое лицо.
— Откуда ты знаешь?
— Это элементарная психология. Разве вас этому не учили в полицейской академии? — его улыбка выглядит пугающе.
Черты лица ещё заостряются. В глазах горит жуткий холодный огонь. Он всё решил, и сейчас лишь прорабатывает детали плана. У меня от таких метаморфоз по спине пробегает табун диких мурашек. Сейчас рядом со мной не растерянный любовник, не язвительный задержанный, и не разгневанный заступник. Сейчас в комнате сгущаются тучи, и далёкие отголоски грозы уже рассыпаются в воздухе невидимым электричеством. Сейчас он и впрямь хищник. И я понимаю, как так вышло, что он голыми руками убил двоих в офисе и смог вырваться от тех, кто его пленил.
— Рамлоу… — мой голос звучит предостерегающе, когда он низко опускает голову и смотрит исподлобья, вполоборота повернувшись ко мне.
Вместо ответа на моё предупреждение Брок лениво моргает, сгоняя ощущение опасности, щурясь, словно кот на солнышке, подаётся на миг ближе, тыкаясь плечом в плечо. От его дежурной улыбки не становится легче. Повисает тишина. Если быть до конца откровенной, то от ощущения, исходящего от него всё внутри сжимается и холодеет. И я теряюсь в догадках, что за тёмные мысли бродят в его кудрявой голове.
— Ты, вообще-то в моей спальне. А не у себя… — вытягиваю рамку из крепких пальцев и ставлю на место.
Рамлоу шумно выдыхает, вскидывая подбородок. Тишина невыносимо давит. Мы оба знаем, что будет дальше, но затягиваем игру.
====== глава 4. ======
О маньяках, деньгах и иллюзиях.
08.22.2018 10:01 a.m.
— Я не совсем понимаю, что ты хочешь в итоге? — Морелли смотрит поверх кружки с кофе, сидя на самом краю стола.
То, что я хочу, я уже получил в двойном размере несколько часов назад. Теперь к делу. Шутки, как говорится, в сторону.
— Во-первых, оружие. У тебя должно быть что-то, чем ты сможешь защититься от него. Мой Зауэр за одно вернёшь. Во-вторых, радиостанцию дашь.
— Зачем? В моей машине есть радиостанция, — хлопает глазищами своими.
Неужели так сложно понять, вот ей-богу. Если я решил сунуть свою башку в петлю, то необходимо составить мало-мальски понятный план. И мне кажутся очевидными такие вещи, как оружие и средства связи.
— В мою машину поставить. Мы не можем ехать вместе. Иначе он нас обоих прищёлкнет, понимаешь? Нет?
— Ты хочешь, чтобы он вышел на меня?
Придётся объяснить поэтапно. Стратегия против особо сложных психов должна быть максимально проста. В этом и заключается её эффективность. Наверняка он заморочился, уходя от полиции и федералов столько лет. А значит, глаз должен элементарно замылиться на простейшие вещи. Профдеформация штука такая — не знаешь, откуда пуля прилетит, потому что тупо её не видишь.
— А как ты хочешь выманить его? На мою волосатую жопу он не клюнет, поверь. Я бы сам на неё не клюнул. А вот ты ему нужна. кстати, не знаешь, почему?
— Даже малейшего представления не имею, — Нина выглядит обеспокоенной.
Я б на её месте тоже нервничал. Не каждый день маньяк нацеливается на шерифа, почти перебив её семью. Секундочку… Быстро вспыхивает и гаснет какая-то мыслишка.
— Что, за три года так и не подобралась к разгадке? А федералы что говорят? — ковыряться в тарелке с салатом не так уж и здорово, как хотелось бы, но время нужно убить и обед один из вариантов.
Нина замечает мое равнодушие к траве, и усмехаясь, забирает тарелку себе.
— Я вообще-то это ем.
— Ну да… Уже салат завял, как ты его вилкой отколошматил, пока искал… Что искал-то в тарелке? — на мой протест реагирует очередной усмешкой.
— Истину… — мысли на самом деле далеко от еды и я особо не переживаю.
Морелли смотрит задумчиво. Затем направляется к холодильнику и вынимает из него стейк. Странно, как я его просмотрел? Ведь рылся же на этой полке. Ладно, вернёмся к делу. Пока мясо прогревается, продолжаю собирать воедино известные мне факты.
— Так, что федералы?
— Ничего. Не могут его найти. Машину его видел там, на ферме?
— «Кадиллак Эльдорадо», или шестьдесят восьмой или чуть младше. Хорошая машина, если не хочешь быть пойманным, — по этому же принципу я когда-то положил глаз на свою «Импалу».
