Я чувствую себя одновременно невесомой и отяжелевшей, ноги раздвигаются сами собой…
Со вздымающейся грудью он прижимается лбом к моему лбу.
– Мое плечо… Ты не могла бы?..
Я уже плохо соображаю, но ему не обязательно растолковывать мне свое желание. Я сажусь на него, он задирает мне юбку, гладит по обнаженным бедрам, пробираясь все выше.
– Что это? – Он смотрит на мои стринги с бежевой оторочкой поверху.
Я целую его в шею.
– Называется «Принцесса варваров», замша и мягкая кожа испанского производства.
– Твоя работа?
Я смущенно киваю и утыкаюсь лицом ему в шею, ерошу ему волосы.
– Прелесть! Но… Можешь сама их снять? Сам я вряд ли сумею…
– Я больше не снимаю трусики.
– Как же тогда я буду тебя трахать?
От картины, встающей перед глазами от этого слова, я вся дрожу.
– Кто сказал, что ты будешь меня трахать?
Он уже тянет меня за волосы, от этого меня пронзают молнии. Его поцелуи все требовательнее, все грубее, губы скользят по щеке к уху.
– Я сказал! – шепчет он. – Но если ты не хочешь… Я все равно могу заставить тебя кончить, Елена.
– Ммм… – Я еложу ягодицами по нему, чувствуя напряжение его плоти через тонкую ткань.
– Это утвердительный ответ? – хрипит он, жмурясь от наслаждения.
– Так и есть, – подтверждаю я, не останавливаясь.
Он кусает себе нижнюю губу.
– Продолжай. Пожалуйста!
Его палец забирается мне под трусики и теребит мою нежную плоть, большой палец, делая кругообразные движения, находит самую чувствительную точку.
– Джек… – Мой голос звучит неуверенно, как предвосхищение. Мне непривычна такая резкая вспышка желания, непривычна эта полная утрата самообладания. Мы с Престоном встречались три месяца, прежде чем переспать, но с Джеком я только об этом и способна думать. Раньше мне не была свойственна дерзость в сексе – отчасти из-за робости, отчасти из-за неимения правильного партнера, который властно
– Мне перестать?
– Только если ты хочешь меня убить.
– Этого я не допущу, – шепчет он, касаясь губами моей шеи.
Его умелые пальцы, скользкие от моего желания, забираются внутрь и завладевают клитором. Он напрягает бедра, усаживаясь поудобнее.
– Расстегни блузку, – раздается хриплый приказ, но я не могу сделать это быстро, руки дрожат, не позволяя просовывать пуговицы в прорези. Я неуклюже выдергиваю полу блузки из-под пояса юбки. От его действий я близка к сумасшествию, сердце вот-вот остановится. Внизу позвоночника рождается приступ острого наслаждения, оно нарастает, я уже судорожно ловлю ртом воздух. Оргазм бывает у меня редко и оттого бесконечно ценен, требует героических усилий, на которые моим прежним любовникам никогда не хватало времени.
– Какая же ты красивая! – бормочет он, любуясь мной.
Мне смешно это слышать. Я срываю с себя блузку, и он при виде моего крохотного кожаного бюстгальтера разевает рот.
– И ты еще надеялась, что я не буду тебя трахать?
Его желание возбуждает меня еще сильнее, и я бесстыдно расстегиваю переднюю застежку, освобождаю изнывающую по ласкам грудь.
– У меня только одна рука рабочая, и она занята сама знаешь где. Нагнись.
Я стою на коленях, уже касаясь отвердевшими сосками его груди.
– Так?
– Ниже.
Я не хочу, чтобы он вынимал руку, он знает это и делает свое дело. Приподняв голову, он хватает зубами мой сосок, лижет ареолу, слегка покусывает горящую кожу, щекочет меня своей щетиной. Я вцепляюсь ему в волосы.
Это не входило в мои планы. Я не собиралась заходить так далеко…
– Не забывайся, мне нужно твое соучастие. – Он принимается за другой сосок.
Мне упоительно щекотно и одурманивающе хорошо от его желания, заставляющего пылать его щеки.
Чувствуя у себя внутри два его пальца, я выгибаю спину, облегчая ему проникновение. Они ласкают одно местечко, от этого я вся дергаюсь, то напрягаясь, то размякая, сквозь меня пробегают горячие волны наслаждения.
– Точка G. Сожми мою руку. – На висках у него блестят капли пота, лицо напряжено от сосредоточения.
– Тебе не больно? – спохватываюсь я, вспомнив вдруг слова Гидеона.
– Нет. Не останавливайся! Плевать на плечо. Скоро я тебя трахну. Когда ты кончишь, я тебя разверну.
Я представляю, как это будет, как он будет громоздиться у меня за спиной, крепко держа меня за ягодицы…
– Не молчи.
Он усмехается, не нарушая сосредоточенности.
– Елена, где ты пропадала всю мою жизнь?
– В Нью-Йорке, потом в Дейзи… – лепечу я. – Говори еще, Джек!
Его темно-желтые глаза по-волчьи блестят.
– О чем?
– Не придуривайся. Мне нужны грязные слова. Сейчас!
Он со стоном поднимает левую, травмированную, руку и тянет меня сначала за правый, потом за левый сосок.
Он крепко обхватывает меня за талию.
– Потом я прислоню тебя к стене и снова трахну. Я буду держать тебя за задницу, а ты обхватишь меня ногами. Так мы еще не делали. Ты скачешь сейчас на моей руке, а я не могу не думать о том, что будет дальше…
О, о…
