Грег наклоняется к ней и спрашивает, глядя из-под потяжелевших век:
– Уверен, ты не пренебрегаешь серьезной наукой при описании подробностей?
– Конечно.
Он кусает губы.
– Как здорово!
– Тем лучше. – Я толкаю Эйдена, побуждая его встать. Сам, вставая, расправляю плечи, гоня завладевшее мной беспокойное чувство. – Перейдем в VIP-зону, – говорю я им, указывая в ту сторону. – Там никто не помешает, ешь и пей сколько влезет, – объясняю я Жизель в ответ на ее странный взгляд. – А то здесь приходится перекрикивать музыку. – В мезонине музыка совсем негромкая, ну и пусть.
– Я бы чего-нибудь съел, – сообщает Грег, осушая свой стакан.
Жизель кивает, и они первыми спускаются по лестнице.
Эйден толкает меня плечом.
– У тебя есть план? Как нам отвадить от Жизель этого пижона? – Он сердито ударяет кулаком в ладонь. – Облака он малюет, надо же!
Он скучный? Для меня да, но…
Я велю вышибале пропустить Жизель и Грега в перегороженный бархатным канатом коридор справа от бара, ведущий в VIP-кабинеты.
– Нет никакого плана, – отвечаю я Эйдену.
У Эйдена вид непреклонного упрямца.
– Понятно, ты доверяешь решение мне. Не бойся, я не подведу.
– Надеюсь, Жизель не пострадает.
Он мотает головой, теперь на его лице написано разочарование.
– Ясно, что ты на нее запал. Что ж, я постараюсь, чтобы ты ее получил, братский код есть братский код. Я нарушу их свидание, не пытайся хватать меня за руку.
Я не успеваю ничего сказать, а он уже улыбается до ушей, пятится и оказывается в женской танцующей гуще, откуда доносится визг, фанатки сражаются за право до него дотронуться. Оглядываясь на меня, он кричит:
– Тебе нужна Жизель, я сделаю так, что ты ее получишь. Она уже твоя! – На его лице сияющая маска победителя – так он выглядит на поле, когда, изучив оборонительные порядки противника, сообразил, как поступить.
Обрыв все ближе, еще немного – и я рухну вниз…
Девон
Через час становится ясно, что имел в виду Эйден. Я добыл для Жизель и Грега столик, откуда видны танцующие, и приставил к ним официанта, чтобы снабжал их напитками и всем, что им захочется. Они заказали закуски. Я посидел с ними, сколько смог (с полчасика). Стоило Грегу положить руку на колено Жизель, как я вскочил и удрал к Селене.
Теперь раскрасневшийся, ликующий Грег приперт к стенке тремя охотницами за спортсменами: блондинкой, рыжей и маленькой брюнеткой. Он пьет виски и показывает им видео своего утреннего прогноза погоды. Блондинка уже стянула с него пиджак, рыжая развязывает ему галстук, брюнетка строит глазки.
Жизель тем временем танцует на танцполе. Одна. Я ищу глазами Эйдена и нахожу: он держится на отшибе, физиономия довольная. За столиком у помоста сидят еще несколько игроков. У меня на глазах Холлис ставит свой стакан и, глядя на Жизель, идет танцевать. Проклятие! Предупреждение Джека ничего не значит, когда красотка попадает в VIP-зону.
Эйден ухмыляется, и мне хочется ему наподдать. Стоило мне отлучиться всего на полчаса, и к ней уже пристает кто-то из моей команды.
Мне нельзя оставлять ее без присмотра!
Какая-то сила швыряет меня вперед, и я отталкиваю Холлиса.
– Моя очередь! – рычу я, и он покорно отступает.
Я хватаю Жизель за руку, разворачиваю лицом ко мне, прижимаю к себе. С виду она сама хрупкость. Я убираю с ее лица волосы, чтобы определить ее настроение.
– Я пошла танцевать, и на него сразу напали девицы, – жалуется она, сверкая глазами. – Только что он рассказывал мне про осадки в Сахаре – это там огромная редкость, – глядь, его уже раздевают… – Она озирается на Грега.
Ей невдомек, что она здесь красивее всех, меня подмывает ей об этом сообщить. Но тут из угла, что взял в оборот Грег, доносится хохот: одна из девушек чмокает его в щеку.
Я убью Эйдена!
– Ты огорчена?
Она ненароком клюет меня носом в шею, и у меня сразу путаются мысли.
– Поговори со мной, Жизель!
Она молчит, склонив голову мне на грудь, я тяжело дышу, усиливая объятия.
– Знаешь, я огорчен. Сейчас я ему задам!
– Кучевые облака порождают всю прочую облачность… – слышу я возбужденный голос Грега.
У Жизель дрожат плечи, во мне клубится злость, но я сдерживаюсь, проводя пальцами по ее позвоночнику, останавливаясь там, где блузка заправлена в юбку.