Не оглядывайся полностью

Это был дурацкий вопрос, учитывая смерть Майерс, а теперь еще и попытку самоубийства Сары.

Тори уставилась на мать, лицо у нее было красным и мокрым.

— Я не помню, чтобы делала что-то нехорошее, но Сара думает, это я толкнула Брендал.

— Она тебе это сама сказала? Когда?

Керри не думала, что Сара Тэлли может преднамеренно принести кому-то боль или обидеть, но ситуации, подобные сложившейся, иногда пробуждают в людях, как-то в них вовлеченных, самое худшее. Например, мать Сары Рене смотрит в другую сторону при встрече с Керри.

— Элис передала мне то, что она сказала. — Тори содрогнулась и втянула в себя воздух. — Сара сказала Элис, что собирается заявить в полиции, будто это сделала я. — Тори неотрывно смотрела на мать. — Мама, клянусь: если я это и сделала, я не помню! Я там стояла. Мы все спорили, а потом вдруг Брендал начала падать. — Тори потрясла головой. — Я не могу поверить, что сделала что-то такое ужасное.

Похоже, все проблемы вели к Элис.

— Во-первых, ты точно не знаешь, сказала ли это Сара. Может, Элис тебе наврала.

Тори потрясла головой так, словно устала от этой борьбы.

— Вчера они не стали садиться со мной. Они постоянно перешептывались и поглядывали на меня. Может, она и говорит правду. Даже Элис повторяла мне, что я должна сказать правду, будто я знаю, что на самом деле случилось. Клянусь: не знаю.

У девочки из глаз опять потоком полились слезы.

Керри долго прижимала ее к себе. Когда рыдания стихли, Керри выпустила дочь из объятий и пообещала:

— Мы со всем этим разберемся.

— Сегодня миссис Лири спрашивала меня про вспышки гнева. — Тори покачала головой. — У меня нет таких проблем. У меня были вспышки гнева после того, как папа от нас ушел, но я с этим справилась. По словам миссис Лири, мои подруги говорили про мои вспышки. Я едва ли с кем-то разговаривала в школе всю эту неделю. Только с Сарой и Элис. Я не понимаю, что происходит. У меня такое ощущение, что рушится вся моя жизнь. — Тори зажмурилась. — Я завалила контрольную по алгебре. Со мной такого никогда в жизни не было.

Керри снова обняла дочь.

— Будут и другие контрольные по алгебре. У всех время от времени бывают неудачные дни. — По ее венам пульсировал страх. Ей отчаянно хотелось сказать что-то мудрое, проникновенное и вдохновляющее… Но что Девлин могла сказать нового? Единственное, что Керри могла сделать сейчас, — это держать дочь в объятиях.

Тори высвободилась из ее объятий и сама обхватила себя руками.

— Я не знаю, что со мной происходит. Такое ощущение, что все плохо или становится плохо.

Чем больше Тори говорила, тем большую обеспокоенность вызывала у Керри.

— Во-первых, прекрати волноваться. Попытайся. Я знаю, что уже говорила тебе это, но повторю снова: когда происходят такие вещи, все хотят найти виновного. Повесить на кого-то. То же самое происходит при расследовании убийств. Никто не хочет, чтобы за преступлением не последовало наказание. Твои друзья в школе пытаются понять, что произошло. Они хотят кого-то обвинить. Такая уж человеческая природа.

Независимо от того, что они раньше это обсуждали, переполнявшие эмоции не позволяли девочке здраво взглянуть на ситуацию.

Тори моргнула, поймала взгляд Керри.

— Я рада, что у меня есть ты, мама. Не знаю, что бы я без тебя делала.

Керри снова отчаянно прижала ее к себе.

— Я всегда у тебя буду.

Керри решила, что сейчас самое время сказать то, что она собиралась. Лучше не будет. Она усадила Тори на стул, сама устроилась рядом.

— У нас с Фалько есть теория.

Тори не отпускала взгляд матери и напряженно ждала, словно у нее не было сил спросить, что же это за теория.

— Возможно, в организм тебе и Саре попали какие-то наркотические средства, и это объясняет, почему ваши воспоминания о случившемся с Брендал такие туманные.

— Наркотические средства? — Тори скорчила гримасу. — Ты имеешь в виду, что Элис что-то принесла из дома?

— Да, — кивнула Керри.

Тори заметно содрогнулась.

— После того как ты спросила меня, ела ли я что-то или пила у нее дома, я стала об этом думать. И решила, что, возможно, нам что-то подмешивали. Раньше со мной никогда такого не было — что я не могу вспомнить, как было дело.

— Я знаю, — опять кивнула Керри. — Мы с Фалько хотели бы взять у тебя пару волос на анализ. Отправим в лабораторию.

— В криминалистическую лабораторию? — У Тори округлились глаза.

Керри покачала головой.

— У Фалько приятель работает в одной частной лаборатории. Ты не возражаешь?

— Нет, — сказала Тори. — Я хочу знать, что со мной случилось. — Она сморгнула вновь выступившие слезы. — Мне нужно это понимать.

Керри долго прижимала ее к себе. Затем она взяла пластиковый пакет для бутербродов и подготовила для Фалько образцы, которые ему требовались.