— Я никогда не сказала бы этого в присутствии Брэдли или его матери. Я не стала бы осквернять память Джейн при них. Но она могла быть жестокой. Иногда мне казалось, что она хочет сделать меня такой же несчастной, как и она сама. — Нэнси встретилась взглядом с Мэттом. — Когда мы с Брэдли только поженились, сразу же захотели детей, вот только у меня не получалось забеременеть. Каждый раз, когда Джейн видела нас, она интересовалась, не беременна ли я. Каждый раз! И это продолжалось годами.
— Возможно, она была искренне обеспокоена? — предположила Бри.
— Нет. — Нэнси покачала головой. — Ее слова всегда были колкими. Она говорила что-то вроде: «Жаль, что ты пустая. Брэдли так хотел детей».
— Это, должно быть, заставляло вас чувствовать себя ужасно. Кто использует слово
— Вот именно. — Нэнси закатила глаза. — Джейн была слишком театральна.
Бри заговорщически понизила голос.
— Должно быть, вы были очень злы на нее.
Нэнси поджала губы.
— Она придиралась и к моим детям, это было неприемлемо.
Мэтт уточнил:
— Джейн и при Брэдли вела себя так?
— Нет, конечно. Она никогда ничего не говорила в его присутствии. — Женщина изучала свой ноготь на большом пальце. — Наш сын родился с волчьей пастью. Сейчас вы ни за что об этом не догадаетесь, но в то время это приводило в замешательство. Операцию пришлось отложить, пока ему не исполнится десять месяцев. Каждый раз, когда мы виделись с Джейн, она сокрушалась, какой он уродливый, да еще намекнула, что врожденный дефект — это моя вина. — Она стиснула руки так, что побелели костяшки пальцев. — Те дни были просто ужасными. Даже заставить ребенка поесть было настоящим кошмаром. У меня не оставалось сил отвечать на ее гнусности.
— Держу пари, вы этого и не делали, — сказала Бри.
Нэнси фыркнула:
— Брэдли думал, что, когда у нас появятся дети, Джейн будет обожать их. Ведь она же любила своего ребенка, в конце-то концов? Но этого не произошло. Ее горе не позволяло ей любить наших детей. В итоге я перестала приводить их сюда, когда Джейн была дома.
— Брэдли поверил, когда вы объяснили причину? — уточнил Мэтт.
— Да, ему было нетрудно это сделать. — Нэнси кивнула. — В детстве она придиралась и к нему. Он согласился, что ей не следует находиться рядом с нашими детьми. Я ненавижу плохо отзываться о мертвых, но я рада, что ее больше нет. Мои внуки могут спокойно навещать меня, когда им заблагорассудится.
Глаза Шарпа сузились.
— Вы не упоминали об этом, когда она исчезла.
Нэнси теребила нитку на подоле своей блузки.
— Джейн причиняла боль и другим людям. Она могла даже навредить себе, случайно или намеренно, но мне никогда не приходило в голову, что кто-то мог причинить боль ей. Но теперь… я думаю… — Ее взгляд переместился на дверной проем, за которым исчез ее муж. — Я думаю — что, если были и другие люди, с которыми она плохо обращалась?
— Когда вы с Брэдли переехали сюда? — поинтересовался Мэтт.
— После того, как Джейн пропала, — сказала Нэнси. — Глория плохо с этим справлялась. Брэдли подумал, что будет лучше, если она будет не одна. — Нэнси взглянула на свой «Ролекс». — Мне нужно идти. Я обещала сегодня посидеть с внуками.
— Спасибо, что уделили время, — проговорила Бри. — И за откровенность.
Нэнси кивнула, но в ее глазах появилась неуверенность.
— Пожалуйста, не говорите Глории. Ей будет больно, если память Джейн будет запятнана.
Горничная проводила их до входной двери.
Шарп последовал за Мэттом и Бри к своей машине.
— Предположение Нэнси о том, что жертва покончила с собой, намеренно или случайно, было общим мнением, когда Джейн исчезла.
— Кто-нибудь еще утверждал, что она была подлой? — Бри открыла дверцу своего автомобиля.
— Нет, — ответил он. — Однако я всегда чувствовал, что люди чего-то недоговаривают. Глория не обманывалась насчет вероятной смерти дочери, но она матриарх богатой и влиятельной семьи. Люди могли опасаться ее негативной реакции, если они честно выскажутся в отношении личности Джейн.
Он протянул руку Бри, затем Мэтту.
Пожимая ее, Мэтт спросил:
— Возможно, люди будут говорить охотнее теперь, когда мы знаем, что Джейн убили?
— Тот факт, что прошло тридцать лет, тоже может помочь. Брэдли взял на себя семейный бизнес. Он не так жёсток, как в свое время Глория. Возможно, люди перестанут так сильно бояться репрессий за более откровенные разговоры с властями. — Шарп поднял обе руки в жесте капитуляции. — Впрочем, лично я сейчас собираюсь отступить. Спасибо, что позволили мне пойти сегодня с вами, но, думаю, будет лучше, если дальше вы посмотрите на расследование свежим взглядом. Дайте мне знать, если вам понадобится что-нибудь еще. — Открывая дверцу машины, Шарп оглянулся на дом. — Очевидно, у этой семьи есть какие-то секреты.
Бри села в свой внедорожник и повернулась к Мэтту, забравшемуся на пассажирское сиденье.
— Что ты думаешь о Брэдли и Нэнси Парсон?
Мэтт пристегнул ремень безопасности.
— Думаю, мы должны добавить обоих в список подозреваемых.
