Я не успеваю даже сообразить, что я говорю, когда Он поднимает голову и смотрит на меня. Ноги как будто отнимаются; я бессильно падаю на колени, прервав зрительный контакт, и под длинными рукавами плаща незаметно сжимаю руки в кулаки, прежде чем поднять на Него взгляд.
“Ох, и плохи же твои дела, Томми!” - бормочет голос в моей голове. - “И что ж ты маму не слушал, когда она говорила тебе быть осторожнее с высказываниями… Научиться бы тебе держать язык за зубами…”
- Ты слышал, что они хотят, - тихо, с шипением, говорит Он. - Они хотят твою голову за смерть этой девочки. Эта девочка была защищена. Ее дом был окружен аурой, ее комната была закрыта для демонов любого рода, ее тело было освящено. Ты по меньшей мере должен был сгореть в адских муках, прикоснувшись к ней, и сейчас, глядя на тебя, я не понимаю только одного: при жизни ты так же активно искал приключений на свой зад или тебе просто хочется испытать мое терпение? Оно не безгранично…
- О, я уверен, - хрипло отвечаю я; в горле пересохло. - Но если я так надоел тебе, почему ты меня просто не убьешь? Отправь мою голову своим ангельским друзьям и заключи с ними очередное грязное перемирие, за счет которого они не запрещают вам убивать, а вы не трогаете их людей.
- И тогда ты продолжишь намеренно нападать на тех, кто под запретом, - Он прищуривается.
Я молчу. Руки все еще дрожат мелкой дрожью; хочется подняться с колен и нет сил.
Он подходит к камину, двигаясь с удивительной грацией. Огромное черное крыло за Его правым плечом чуть подрагивает; оно выглядит так, словно каждое его перышко обернуто в бархат. Мне безумно хочется коснуться его, но я знаю, что одно движение или одно только слово об этом - и Он развеет меня в прах.
- Как ты обошел запрет? - чуть спокойнее спрашивает Он. - Дом был заколдован, девочка была защищена. Как ты сделал это?
- Мне совершенно необязательно вспарывать ее или прикасаться к ней, чтобы сгореть, - язвлю я. - Она…
- Умерла раньше, чем ты забрал душу, - догадавшись, заканчивает Он за меня, задумчиво глядя на пламя. - Как она умерла? Почему никто из ангелов не явился? Ее агонию должны были почувствовать.
- Это ты у них спроси. Я был недалеко, опустошал… одного парня.
Едва заметная усмешка трогает Его губы, и я чувствую легкое раздражение. Словно прочитав мои мысли, Он поворачивается и окидывает меня холодным взглядом, а потом медленно подходит ко мне и останавливается вплотную, глядя на меня сверху вниз. Я не отвожу от Него взгляд ни на секунду, раздумывая о том, успею ли я исчезнуть или смогу ли дать отпор, если Он решит убить меня, когда мягкая ткань Его одеяния касается моей головы и на секунду отвлекает мое внимание. Он кладет руку на мою щеку через ткань длинного рукава и чуть поглаживает, поднимаясь к вискам, и я вдруг ощущаю ужас. Не переставая улыбаться, Он проводит ладонью по моим волосам и в следующую же секунду хватает их. Его улыбка превращается в оскал, а пальцы крепко сжимают мои волосы, и я бессознательно вскидываю руки и вцепляюсь в Его предплечье. Мягкая ткань скользит под моими пальцами, и чтобы удержать хватку, я быстро отдергиваю Его рукав и хватаю Его за запястье, пытаясь отнять Его руку от себя.
Его усмешка становится еще ядовитее. Несколько секунд мы смотрим друг на друга - Он с холодной неприязнью, я - с ненавистью и яростью, - и потом я чувствую, как моя кожа стремительно нагревается; не проходит и секунды, как я отдергиваю руки, отпуская Его, и с ужасом вижу, что мои ладони покраснели и покрылись волдырями.
Он отпускает мои волосы, оттолкнув мою голову от себя, и я опускаю ее, пряча лицо за длинной челкой. Ладони жжет; я сжимаю зубы и меня вдруг охватывает такой гнев, что мне кажется, будто я способен разнести весь этот Ад.
- Клянусь, - едва слышно говорит Он; в Его словах сочится яд. - Я сломаю тебя, Томми. Я не оставлю от тебя ничего. Я сделаю из тебя раба, жалкое животное; я превращу твою жизнь в такой кошмар, который не снился и не являлся наяву ни одной из всех жертв всех поколений демонов, которые только побывали в этом Аду.
- И как же ты докатился от первого человека до первого подонка в Аду? - тихо спрашиваю я, поднимая на Него взгляд исподлобья.
Удар. Едва слышный треск полена в камине. Тихий выдох сквозь сжатые зубы. Я прижимаю ладонь тыльной стороной к горящей щеке и бросаю на Него взгляд, полный ненависти.
- Я сломаю тебя, - повторяет Он чуть спокойнее. - Я хорошо запоминаю своих врагов.
- Тогда убей меня прямо сейчас, - выдыхаю я. - Не бросай слов на ветер. У тебя целый Ад тех, кто будет целовать тебя в зад, ты не так уж и много потеряешь от убийства одного демона-новичка.
Он задумчиво смотрит на меня, чуть склонив голову набок. В Его темных глазах с красным отливом мелькает любопытство.
- Надо будет снять голову с демона, который обратил тебя, - говорит он как бы между делом, “чтобы не забыть”.
- С демоницы, - хмыкаю я, и Он чуть поднимает брови. - Это была Сафина. Угораздило же меня переспать с ней…
- Скажи спасибо, что с ней, а не с суккубом, - бросает Он, отворачиваясь от меня. - Иначе ты был бы уже мертв.
