И, не дав мне ничего добавить, он с яркой вспышкой исчез, забирая раненого демона с собой. Оставшись один, я сделал глубокий вдох, почувствовал среди ароматов леса и вина запах крови и сжал руки в кулаки так сильно, что оцарапал когтями ладони. Она впиталась в мое одеяние, пока я переносил Сайера; я измерял шагами зал, словно надеясь убежать от этого запаха, но с каждой секундой он казался мне все ярче и острее, и каждый вдох отзывался во мне такой жгучей болью, словно это я был ранен.
Я измерял комнату шагами так быстро, словно хотел убежать от себя и от всего зла, которое я ненамеренно принес с собой, когда по стечению обстоятельств вернулся к тому, кто все это время меня искал.
…
Я не знаю, сколько времени прошло, когда Виктор вернулся; может, полчаса или час. Он переместился с помощью крыльев, и, когда яркая вспышка осветила зал, на мгновение меня ослепив, я почувствовал сильный запах крови в воздухе и не смог заставить себя заговорить: вопрос, на который я боялся услышать ответ, застыл у меня на языке горьким привкусом.
Он весь был в крови. Кровь была на его одеянии, руках и даже на лице; когда он откинул волосы со лба, несколько красных следов остались на его белой коже, пересекая его лоб, словно метка.
- Что произошло на церемонии? - холодно спросил он, подходя ко мне.
Я растерялся от того, как резко прозвучал его голос, и снова почувствовал себя виноватым. Виктор прошел мимо меня четким, твердым шагом, и я отскочил в сторону так, словно он мог убить меня малейшим касанием.
- Он…? - пробормотал я и неловко замолк.
- Жив, - выдохнул принц и оперся на стол, поворачиваясь ко мне спиной, будто не хотел, чтобы я видел его лицо; его крылья едва заметно дрожали. - Потерял много крови, но будет жить. Что случилось на церемонии, Томми? И что видела Грета?
- Они прервали церемонию, - ответил я и нерешительно подошел поближе к нему. - Адам успел начертить круг и заставил меня и Грету переступить черту. Так мы оказались защищены, но его они увели.
- А Сайер?
Принц повернул голову и посмотрел на меня. Его взгляд был холодным, серьезным, без знакомых лукавых огоньков, и я почему-то почувствовал себя провинившимся школьником, когда заговорил, машинально понижая голос.
- Его ранили на Мосту, когда он провожал меня к тебе.
- Ты шел ко мне? - без эмоций спросил он, не сводя с меня взгляд.
- Я должен попасть в Медуллу, - скрепя сердце, ответил я. - Он сказал, что ты знаешь, как это сделать.
- Это как-то связано с видением Греты?
- Напрямую. Она предсказала, что если я переступлю границы Медуллы, то мы проиграем. Битву против Судей я не выстою. Адам потеряет все. Сайер погибнет от рук их слуг, а ты и Британский суммус потеряете власть и будете свергнуты.
Виктор помолчал, разглядывая меня, будто видел впервые. Я спросил себя, что будет, если он откажется помочь мне попасть туда, и не знал, как далеко я готов зайти в своем стремлении попытаться вытащить Адама даже ценой всего, что было построено с таким трудом.
- А если ты останешься? - после паузы спросил он.
- Ты и Британский суммус сохраните свою власть, Сайер останется жив, а я займу место Адама на престоле как почти законный супруг… Но тогда они убьют его.
Я произнес последнюю фразу тихо и почувствовал, как сжалось сердце.
- А я… я не могу бросить его там.
Виктор опустил голову; не глядя на меня, он о чем-то сосредоточенно размышлял, и я уже ожидал отказ, пытаясь придумать, как мне попасть в Медуллу, минуя его разрешение, когда он вдруг выпрямился и произнес.
- Дай мне руку. Я дам тебе кое-что с собой.
Я растерянно посмотрел на него.
- Ты не собираешься меня останавливать? - недоверчиво спросил я.
- А есть смысл? - вопросом на вопрос ответил он.
- Все будет потеряно, если я пойду туда. Мы все проиграем.
- Томми, мы готовились к этой войне не одну сотню лет и мы знаем, что можем все потерять. Борьба с ними стоит того, - он сделал паузу и добавил, понижая голос. - Что до Сайера… Он не боится умереть. Я буду защищать его столько, сколько смогу, но, пока мы втянуты в эту войну, мы понимаем, что стоит на кону.
- А Адам? Он лишится всего.
- Без тебя, - мягко произнес принц, - у него ничего и не будет. Ты - единственное, что он может потерять.
Я посмотрел на его протянутую ладонь, будто приглашение на танец, а не в смертельное путешествие, и решительно протянул свою руку. Крепко сжав мои пальцы, он перенес нас в небольшую комнату; в ней не было мебели, только два факела и большой каменный постамент в центре комнаты, на котором лежал большой черный сверток.
- Узнаешь? - спросил Виктор. - Это то, на что Адам обменял тебя в ту ночь.
Отпустив мою руку, он подошел к постаменту и остановился возле него. С тревожным предчувствием я замер в нескольких шагах от принца, с опаской наблюдая за тем, как он осторожно ухватил кончиками пальцев края черной ткани и помедлил, словно убеждая себя, что так нужно и другого выхода нет.
- И что мы здесь делаем? - едва слышно спросил я.
