— Это я убила Кессона. За то, что он засунул в меня свой хер. Дотянулась до его волыны, когда он вошёл во вкус, поплыл и стал постанывать от удовольствия, и выстрелила. Он не собирался умирать в тот день. Так что я могу за себя постоять, Марк, не сомневайся. А в чём твоя проблема?
— В том, что я чёртов сталкер, Стелла. Убийца. Палач. Головорез. Ты была бы в восторге от парня, что лёгким движением руки ломает шеи и не морщась наматывает на руку чужие кишки?
— Ты преувеличиваешь, — выпустила Стелла дым в потолок.
— Поверь мне, я преуменьшаю. А она… — Марк развёл руками. — Я не смог даже сказать ей правду, что мою сестру убили. Соврал про аварию, несчастный случай. Рассказать, что трое ублюдков насиловали и душили девочку для большего удовольствия, пока один в итоге не сломал на её шее хрящ и она не задохнулась, я бы не смог. И уж тем более, что я их всех нашёл и порешил. И лучше никому не знать, как. Этих троих и тех троих, что организовали «поставку живого товара» в казино.
— Думаешь, она не поймёт?
— Я не хочу, чтобы она понимала, — мотнул он головой. — Не хочу, чтобы всё это обо мне знала. Не хочу, чтобы, глядя на мои руки, что к ней прикасаются, она думала о том, что это руки убийцы. А она будет.
— Знаешь о чём, она будет думать, глядя на твои руки? — Стелла потянулась за пепельницей и потушила окурок. — О том, сколько баб они обнимали, кроме неё. Вот что её будет волновать больше. А не то убивали они или нет. Но либо она примет тебя таким, какой ты есть, без оглядки, либо у вас нет будущего. И ты уже обречён, если сомневаешься. Если думаешь, что
— И правда? — усмехнулся Марк. — Значит, так тебе сказал губернатор? Чтобы я собирал вещички и уёбывал?
Стелла улыбнулась, подтвердив его догадку.
— Он желает тебе только добра.
Марк заржал.
— Серьёзно? А знаешь где ещё я видел такие же засосы, как у тебя? На шее моей матери. Тогда я, конечно, многого не понимал.
— Но сейчас понимаешь?
— Чуть больше. Поэтому хер он угадал. За работу, Стелла.
Встал Марк и начал одеваться.
— Хочешь сказать, у тебя есть план?
— И, я надеюсь, хороший, — развернулся он.
— Чёрт, Марк! — отвернулась она и даже прикрыла глаза рукой. — Тебе надо уже что-то делать с этой бесстыжей самоуверенностью. Я не могу подчиняться указаниям мужика, которого видела голым.
— Тебе придётся, — улыбнулся он. — Потому что у меня есть план. А знаешь, что самое главное в
— Да, — встала она с кровати. — Это у тебя отлично получается. Хотя я уверена, что после смерти отца ты не хером груши околачивал. И не просто так вернулся сюда только через три месяца.
— И всё-то ты знаешь, — усмехнулся он. Конечно, она была права: не просто так, но всё же возразил: — Там у меня тоже были дела, которые я должен был закончить.
Она повернулась, когда решила, что Марк оделся с лицом «ну мне эту хрень можешь не рассказывать».
— И знаешь, я бы воспользовался щедрым предложением губернатора, но у меня просто нет выбора, — застегнул Марк ремень на брюках. — Я должен разобраться. Иначе через три месяца разберутся со мной.
— Почему через три? — удивилась Стелла.
— Потому что сейчас у меня только доверенность на право управления «Открытой рекой». Я по сути так, марионетка. Никто. Пешка. Но через три месяца в силу вступит завещание и всё это станет моим по праву. Вот тогда меня можно будет «попросить» — показал он пальцами кавычки, — подписать что нужно, или устранить, если не подпишу. А потом уже делить, что останется. Ну, если Геннадий Валентинович, конечно, решил делиться, а не всех переиграть и всё оставить себе.
— Думаешь, он тут главный кукловод?
— А ты что думаешь?
— Ты, знаешь, я тут просматривала вечером документы и обнаружила любопытную вещь. «Открытое море» это не одна компания, Марк. Это несколько компаний, объединённых сложными договорными отношениями. Но не все они так или иначе собственность твоего отца.
— В каком смысле? — нахмурился Марк.
— В самом прямом. Если разобраться в этих умышленных хитросплетениях, то окажется, что твоему отцу по факту, мягко говоря, не так много и принадлежит. Так обычно ведут бухгалтерию бандиты или мафия. Где дон человек влиятельный, но нищий. Если что: вот бумажка, я честный предприниматель, у меня маленький свечной заводик и вообще я тут примус починяю и никого не трогаю. В случае чего у него и отобрать нечего. Здесь я вижу в точности ту же схему. Твой отец был как-то связан с криминалом?
— Сейчас я могу это лишь предполагать, ведь он не стал посвящать меня ни во что.
— Но меня ты нанял именно поэтому? Знал, что у отца тут не всё чисто, и мой опыт ведения криминальный бухгалтерии тебе как никогда пригодится?
