– Куда-куда? – удивились молодые люди, невольно притормаживая.
– Ну, например, во Владимир или Суздаль. Вы же нигде, кроме Москвы, не были! А там такая красота, храмы старинные! Вся история России! У нас на работе на следующей неделе как раз организуется такая поездка. Мы с отцом уже дважды в ней побывали, а вот вас я могу записать. Выезд на нашем автобусе в субботу утром. Во Владимире ночёвка в гостинице. Во время поездки будут кормить в ресторанах. Кстати, кормёжка очень приличная. А вернётесь тем же автобусом в воскресенье.
– Это что, мы с твоими тётками с работы будем в одном автобусе трястись? – осведомился сын.
– Ну, во-первых, необязательно с ними. Вместо «моих тёток», как ты выражаешься, могут поехать их дети – взрослые сыновья и дочери наших сотрудников. Что, кстати сказать, зачастую и происходит. И, заметь, ничего плохого в этом нет!
– Ну ладно, мам, мы подумаем! – примирительно пообещал Андрей, чмокая Галину Михайловну в щёку.
– Да-да, мы подумаем, – автоматически вслед за другом повторил Фёдор, и они поспешно ретировались.
Трудно сказать, что послужило побудительным мотивом – может быть, скука, но неожиданно для самих себя наши студенты оказались в следующую субботу в экскурсионном автобусе. Их немало удивил тот факт, что «мерседес» был наполнен в основном молодыми людьми, которые быстро и без особого труда перезнакомились. И дальнейшая поездка наших друзей во Владимир оказалась весьма оживлённой и приятной. Молодёжь пела, играла на гитаре и даже украдкой выпивала, захватив с собой в дорогу из дома съестные припасы и кое-что ещё.
После неожиданно вкусного и обильного обеда в местном ресторанчике, куда их привезли прямо с дороги, в автобус вошла молодая женщина. Она представилась экскурсоводом и, взяв в руки микрофон, начала свой рассказ.
Поначалу молодые люди бубнили и открыто переговаривались между собой, мешая работе гида, но постепенно всё стихло – настолько интересно и профессионально работала экскурсовод. Женщина была местной. Она подавала материал в меру громко, без бумаги, и было заметно, что делает это она не формально, с душой. Рассказ о возникновении Владимиро-Суздальской Руси, о непростых и даже порой трагических судьбах первых русских князей, нашествии орд Батыя захватил всех. Автобус продвигался от одного исторического памятника до другого. Группа то спешивалась, оставляя автобус, то вновь занимала в нём свои места. Наконец «мерседес» выехал на площадь перед Успенским собором – главным храмом Владимира. Здесь экскурсанты высыпались наружу, и группа направилась в сторону святыни.
Друзья невольно залюбовались величием белокаменного строения.
– Федь, прикинь, построить такое в XII веке, и, заметь, без всяких там подъёмных кранов и новейших стройтехнологий!
– Да уж, могли люди! – согласился приятель.
Свой рассказ о соборе женщина-экскурсовод начала у входа в храм, на широкой площадке, мощённой глыбами белого камня. Отсюда, с возвышенности, открывался величественный вид на восток. Далеко внизу змеилась река. Её пологие берега поросли густым лиственным лесом. А далее, насколько хватало зрения, до самого горизонта раскинулись привольные степи.
– Как же удалось до сих пор сохранить такую красоту! – восхищались друзья.
– Федь, а ты можешь себе представить, как это всё выглядело тогда, во времена татаро-монголов? Река, наверное, к самому храму подходила? – предположил Андрей.
– Да ладно, вон какая высота! – не согласился Фёдор. – Это ж река всё-таки, а не море!
В храме одновременно находилось несколько групп экскурсантов. Две из них как минимум были иностранными. Чтобы не мешать коллегам, гиды со своими людьми рассредоточились по периметру помещения и так и шли друг за другом. Здесь почти никто не разговаривал: все молча взирали вокруг, невольно храня тишину и покой святого места. Даже обычно крикливые иностранцы – и те как-то притихли.
Слушая экскурсовода, друзья постепенно переходили с места на место, любуясь фресками Андрея Рублёва, расписными колоннами, резным иконостасом, как вдруг внимание Андрея привлекло чьё-то захоронение в центральной части храма. По непонятной причине оно показалось ему странным. И лишь подойдя ближе, он понял почему. Все саркофаги имели глухие металлические крышки. Один же был оборудован прозрачным стеклянным сводом. Склонившись над ним, Андрей увидел одежду монаха и на вид небольшой по размеру меч.
– Кто это? – обратился к гидессе Андрей, когда его группа начала движение к очередному объекту рассказа.
– Здесь похоронен молодой князь Всеволод Юрьевич. Он вышел навстречу Батыю с небольшим отрядом и геройски погиб в неравном бою.
– Как вышел, зачем?!
– Славянская традиция требовала встречать врага в поле, в открытом бою, не допуская его к своему дому.
– Но здесь одежда монаха?
– Перед боем Всеволод принял иноческий постриг от владыки Митрофана.
