— Ну, вы не разочаруетесь, — заявила она, провожая его в одну из закрытых комнат.
Туда она заходила редко, разве чтобы протереть пыль.
Гость осторожно протискивался между ее захламленными комодами, едва касаясь их пальцами. Лицо его не выражало ни брезгливости, ни интереса. Указательный палец Генриетты неустанно манил визитера за собой.
— Я храню это сокровище уже много лет и сама никогда к нему не прикасаюсь. Это что-то вроде нашего семейного проклятия — ни выбросить, ни воспользоваться…
— Что именно с ним не так?
Генриетта покосилась на гостя, как бы сомневаясь, говорить ему сразу или нет. Доверия он все-таки не внушал. Их свел антиквар Йорг Бахман, через которого она вознамерилась продать это чертово зеркало. Однако на вопрос, кто он такой, ни Йорг, ни сам клиент не дали внятного ответа.
Бахман только сказал: «Это чрезвычайно важный клиент, готовый хорошо заплатить. Этого разве не достаточно?»
Это был весомый аргумент в пользу его анонимности.
В углу комнаты стоял большой плоский предмет на ножках, завешенный серым покрывалом. Гость уже потянулся было к нему, но Генриетта предупреждающе вцепилась в его руку.
— Оно что, кусается? — последовал вопрос.
— Не так быстро, молодой человек. Вы хотя бы понимаете, что собираетесь купить? — попыталась она приструнить его энтузиазм.
— М-м-м… зеркало?
Он издевался.
— Это не совсем то, чем кажется.
— Знаю. Мне ведь и не нужно
— Когда мне было двенадцать, а моему брату двадцать, наша мать умерла, — мрачно начала Генриетта. — Надо сказать, что до этого мы им не пользовались, оно лежало в кладовке и бог знает что показывало. Пару дней спустя после ее смерти брат подошел к этому зеркалу и увидел ее
— А вам оно что-нибудь показывало? — осторожно поинтересовался гость, пожирая предмет под тканью жадным взором.
Даже его темные очки не могли скрыть эту энергетику любопытства.
Генриетта дернула плечом.
— Я, знаете ли, предпочитаю в него не глядеть. Береженого Бог бережет.
— И все же мне надо его осмотреть. Я ведь должен знать, что собираюсь купить. — И он бесцеремонно стянул покрывало, открыв большое овальное зеркало на ножке.
Генриетта ойкнула и прижала пальцы ко рту.
Однако ничего пугающего она не обнаружила. В зеркале отражались только она и молодой человек.
Какое-то время он сосредоточенно осматривал зеркало, и было непонятно, о чем при этом думает. Длинные пальцы чутко исследовали раму и поверхность зеркала, оставляя дорожки на пыли. Внезапно его подбородок слегка дернулся, хотя губы оставались сомкнутыми. Она не поняла, что он там узрел.
Но было очевидно — что-то увидел.
Наконец он отстранился. И тишина стала иной.
Клиент впечатлен, поняла Генриетта.
— Йорг проводил экспертизу зеркала и сообщил мне базовую цену, — отстраненно донесся до нее его задумчивый голос.
— Но оно стоит больше, — тут же встрепенулась фрау Лаубе.
— И сколько хотите сверху? — деловито спросил он и бесцеремонно закурил.
— Ну, полагаю, вы убедились, что зеркало необычное. Вас не смущают большие суммы? Как вас, кстати, зовут?
— М-м-м… так сколько? — нетерпеливо спросил он, проводя рукой по краю зеркала.
— Десять тысяч с учетом его комиссионных, — и глазом не моргнув выпалила она.
Тип совершенно не смутился, достал телефон и что-то набрал.
— Пишу Йоргу о договорной цене в десять тысяч. Он оформит контракт. С вас ему двадцать процентов. И, получается, еще двадцать пять — с меня…
Телефон мигнул в руках гостя.
— Йорг ответил, что оформляет контракт. Оплата пройдет через него. Вы получите на ваш счет сумму уже с вычетом комиссионных. Он просит вас попозже отправить ваши реквизиты.
— Вот и ладненько. Передайте, что я позвоню ему в течение дня.
Попрощавшись сквозь зубы, в которых дотлевала сигарета, мужчина убежал, а Генриетта в недоумении осталась торчать на пороге. Неужели так просто? Судьба послала к ней сумасшедшего богача. Ей с трудом верилось, что она урвала столько денег за каких-то пять минут. Почти сразу же она позвонила Бахману и недоверчиво продиктовала данные счета.
Следующие два дня Генриетта занималась своими делами: сводила кота к ветеринару, купила удобрения для цветов, разбиралась с хозяйством. О зеркале и деньгах помнила, но пока не решалась строить планы насчет этой суммы.
На третий день Бахман снова объявился и сообщил, что клиент заплатил и документы о сделке уже отправлены ей по почте. Генриетта сходила в банк и не сразу поверила: ровно восемь тысяч евро упало на ее счет через ателье антиквара.
Старушка в очередной раз впала в раздумья и пребывала в таком состоянии до вечера. А затем ей позвонили, и уже по первым интонациям сдержанного приветствия: «Как поживаете, Генриетта?» — она догадалась, кто это.
— Я заберу зеркало?
— Конечно…
А на что оно ей вообще сдалось? Заплатил, и хорошо.
