Я обвожу взглядом зал. Пытаюсь найти кого-нибудь. Натали, Миру, Рому… да хоть бы Лео, чтобы съязвил что-нибудь ниже пояса. Но вместо этого натыкаюсь взглядом на Аларда в компании Валиана. В центре круга смеха и нежных голосов. Его окружают три изысканные девушки, одна другой краше. Он улыбается каждой, хоть и едва заметно.
И... он точно не в кабинете.
Холодок пробегает по спине. Лёгкое замешательство сменяется колючим жгучим уколом… ревности? Да. Ревности. Глупой, совершенно неуместной, но реальной.
— Простите, но я... — начинаю было отказываться.
Лусар не даёт договорить. Он берёт меня за руку чуть крепче, чем нужно, и мягко, но с настойчивостью ведёт в сторону танцплощадки.
— Не отказывайте союзнику, миледи, — тянет вампир.
Мужчина ведёт меня вперёд, вновь окутывая непонятной, слишком располагающей и ощутимой магией или аурой. Я замедляю шаг, стряхиваю неясную тяжесть с плеч и вырываю конечность.
— Нам ведь не нужен скандал?
— Это угроза? — моментально напрягаюсь и с вызовом смотрю на вампира.
— Это дипломатия, моя легко воспламеняемая.
— Не ваша, советник. Вы переходите границы, — шиплю, отступая.
Но этому мужчине всё нипочём. Он склоняет голову, будто признаёт свою ошибку, и шагает ближе, врываясь в личное пространство. Открывает рот, готовый произнести очередную сладкую лесть. Но происходит немыслимое.
Раздаётся резкий и неприятный скрежет колёс об мраморный пол. Следом глухой стук. Лусара сбивает с ног инвалидное кресло, врезавшееся в него на всей скорости. Советник теряет равновесие. В отчаянной попытке удержаться цепляется за мою руку.
Прежде чем успеваю грохнуться следом за мужчиной, меня за талию перехватывают довольно сильные руки и дёргают назад.
Вскрикнув, взмахиваю руками и приземляюсь прямо на колени самого вредного пациента и нахального аристократа в мире.
— Добрый вечер, жрица, — раздаётся ехидный голос у самого уха. — Надеюсь, вы не против немного посидеть?
Я резко оборачиваюсь. Леонель. Конечно же, это он! Кто ещё на коляске по королевскому залу разъезжает, как на треке. Одна ладонь уверенно лежит прямо под грудью, вторая — на подлокотнике с рычажками управления.
— Ты с ума сошёл?! — шиплю я, барахтаясь и проклиная слишком длинное платье, так как оно раскинулось и запуталось в наших конечностях, кажется, даже застряло в конструкции инвалидного кресла.
— О, это было совершенно случайно. Честное вам слово, господин советник, — насмешливо кивает Лео в сторону Лусара, который тем временем поднимается с пола и зализывает обратно растрёпанные волосы назад. — Иногда тормоза в моём кресле работают так же, как у некоторых здравый смысл. То есть вовсе отсутствуют.
— Ты… — с тихой яростью цедит Лусар, нависая. Его глаза опасно наливаются кровью, чёрные вены веточками расползаются по лицу, шее.
— Я! — весело перехватывает блондин. — Лорд Леонель Роутфорд. Спаситель вечера. Не благодарите.
Он разворачивает кресло и с рывком едет прочь, удерживая меня на своих коленях. Маневрирует так ловко, вызывая восхищение.
— Леонель! — пытаюсь вырваться. — Пусти! Я сама могу идти!
— Не могу рисковать. Вдруг тебя снова попытаются утащить на вальс? — ухмыляется он, не отрывая взгляда от моих глаз. — Кроме того, ты так уютно устроилась. Жаль нарушать момент.
— Ты настоящее чудовище, — шиплю я, но губы предательски дёргаются в улыбке.
— Знаю, — довольно кивает Лео. — Но, согласись, харизматичное.
Мы скрываемся в толпе, а позади остаётся советник-вампир. Растрёпанный, оскорблённый и впервые за вечер по-настоящему потерявший самообладание.
— И куда мы так бодро катимся, герцогская задница? — интересуюсь я, уже даже не возмущаясь и не пытаясь спрыгнуть.
Высшее общество мы уже эпатировали, скандал заслужили. Я даже краем глаза видела, как задыхается и покрывается красными пятнами моя дражайшая свекровь. Хуже уже не будет. Поэтому перестаю ругаться, просто жду остановки, чтобы соскочить. А Лео меж тем продолжает свой путь. Его ладонь по-прежнему покоится на моём животе и прижимает к торсу, будто я какой-то ценный груз, который никак нельзя потерять.
— Подальше от дипломатических протоколов, навязчивых танцев и твоих мучительных моральных страданий, — хмыкает он, лавируя между придворными. — Ну и заодно поближе к вину. Я считаю, после такого геройства заслужил бокал.
— Так ты спас меня ради вина? Романтично. Где-то в параллельной вселенной я, возможно, уже растрогана.
— Вино — это бонус, — фыркает блондин. — Как и твоё выражение лица, когда ты приземлилась на меня. Это у тебя входит в привычку, заметила?
— Только потому, что ты меня утягиваешь вечно за собой, — бурчу недовольно. Правда, улыбку стереть с лица не получается.
— Ладно, я заслужил поцелуй? — меняет он тему.
— Мы уже решили. Я лекарь. Ты мой пациент. Никаких романтических поползновений, — менторски замечаю я.
— Пациент, который спасает своего лекаря. Эксклюзивный экземпляр, — парирует Леонель с нахальной ухмылкой.
— И что мне с таким экземпляром делать?
